Читаем Страх полностью

Никакой связи между темными делами Даниэля Луазо и ужасными убийствами Флоресов пока не обнаружилось, но Брока был глубоко убежден, что где-то она все-таки существует. И что фотограф Микаэль Флорес, быть может, обнаружил ее, чем и спровоцировал как собственную смерть, так и смерть своего отца.

К несчастью, он не успел довести до конца свои поиски.

Что же такого сделал Жан-Мишель Флорес, чтобы заслужить подобную участь? Он никогда не состоял на учете, никогда не привлекался полицией ни за какие нарушения закона. Зауряднейший гражданин, интегрированный в общество, слившийся с общей массой.

Камиль внимательно пробежала глазами заметки Брока. Жан-Мишель Флорес родился в Париже, отец – испанец, мать – француженка. Большую часть жизни он провел в Париже, где вместе со своей женой Элен владел обувным магазинчиком.

Их сын Микаэль родился в Париже, в общедоступной больнице Ларибуазьер. А месяц спустя Флоресы неожиданно переехали в Онфлер. Согласно заметкам Брока, все, казалось, было сделано в спешке: в этом нормандском городе они купили дом и сразу затем магазин готовой одежды, словно хотели сбежать из столицы как можно скорее.

Камиль внимательно прочитала рукописные заметки Ги Брока:

Однако Элен была женщина жизнерадостная. И была очень счастлива, произведя на свет сына. Сестра Жан-Мишеля была в родильном отделении вместе с ним и своими глазами видела, как 8 октября 1970 года родился ребенок. Ребенок, которого они желали больше всего на свете. Жан-Мишель очень любил свою жену. Они знали друг друга больше пятнадцати лет, всегда жили в Париже и регулярно ездили в Испанию, откуда Жан-Мишель был родом.

Не рождение ли Микаэля вызвало разрыв с близкими и их отъезд из столицы? Невозможно узнать наверняка. Как бы там ни было, Жан-Мишель Флорес переехал, чтобы начать новую жизнь вместе с Элен.

Но через полгода она покончила с собой, бросившись под поезд.

Другая подробность, и далеко не маловажная: сестра Жан-Мишеля была убеждена, что ее брат «во что-то ввязался», хотя не могла уточнить, во что именно. Через две недели после рождения сына он попросил у нее крупную сумму денег (больше 30 000 тогдашних франков, что было очень много), поклявшись, что вернет. Но так и не сдержал свое слово […].

Камиль закончила чтение, вопросов не убавилось, зато ей стало как-то не по себе. Почему мать покончила с собой после рождения столь желанного ребенка? Чем был вызван внезапный переезд и разрыв с родственниками? И зачем нужны были деньги?

После смерти жены Жан-Мишель остался вдовцом. Горе его подкосило. Он не захотел снова жениться и в одиночку воспитывал своего сына Микаэля, уже не покидая ни Онфлер, ни свой магазин.

А сорок лет спустя отца и сына убили.

Камиль задумалась. Она читала и перечитывала заметки, убежденная в том, что прошлое Флоресов что-то скрывает и что отгадка прямо здесь, перед ее глазами. Быть может, это имело отношение к рождению Микаэля? Разумеется, она вспомнила о маленьком скелетике, о фотографии беременной Марии с двумя монашками. И о семейном альбоме с вырванными листами… Об этой матери, которая никогда не улыбалась.