Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

шать его лекции.

Сама кафедра морпрактики находилась прямо на берегу залива, а окна

лекционной аудитории всегда были на солнечной стороне. Никаких конди-

ционеров тогда не было, и если в аудиторию, рассаживаясь по четыре че-

ловека за широченные столы, набивалась целая рота, духота становилась

нестерпимой. А где духота и скученность, там тянет в сон. Знаете, такой

липкий студенческий сон, когда даже против твоего желания веки скле-

иваются и разлепляться обратно категорически не хотят. В такие момен-

ты Муравьев, узрев самого нахального, имевшего наглость размазаться

по столу в переднем ряду, обращаясь ко всей аудитории, подносил палец

к губам. Сразу наступала тишина. Затем каперанг брал метровую деревян-

ную линейку, на цыпочках подходил к парте и жестом призывал соседей

спящего отодвинуться от того подальше. После чего следовал богатырский

замах от плеча, и линейка, описав дугу, с жутким хлопком плашмя опуска-

лась прямо перед носом посапывающего бедолаги.

Представьте себе, какие эмоции испытывал мирно дремлющий пер-

вокурсник от такого способа побудки. Он если не вскакивал, то подпры-

гивал минимум на метр от сиденья. В этот момент Бешеный моряк резко

выбрасывал вперед правую руку и начинал водить перед глазами обал-

девшего курсанта указательным пальцем. Это продолжалось пару минут,

после чего каперанг с видимым сожалением опускал руку, отходил и со-

общал аудитории:

62

Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова

– В моей жизни было две мечты. Первая – сделать «мертвую петлю»

на подводной лодке. Оказалось невозможно, механизмы сойдут с фунда-

ментов. Вторая – сделать хоть одного спящего курсанта сумасшедшим.

Пока не получается. Но я все же надеюсь…

Экзамен – штука тонкая

Думаете, вам на экзамене поставят тройку?

Поставят, но вам от этого легче не будет!

Капитан 2 ранга Гуз, СВВМИУ. 1984 г.

Что такое академия, вам с иронической ухмылочкой объяснит любой

бывший гардемарин. Это не то высшее научное заведение, о котором меч-

тают ученые мужи, а нечто радикально противоположное. Академия – это

время, которое нерадивый курсант проведет в училище, когда все осталь-

ные будут гулять в отпуске, за то, что он, бедняга, не сдал какой-нибудь эк-

замен. Любой. Даже один. И так будет, пока в «бегунке» не появится вожде-

ленная оценка, пусть даже тройка со многими минусами, не беда! Она все же

дает право побросать в сумку вещи и покинуть наконец стены родной «си-

стемы» на те немногие денечки, которые, может, еще остались до конца от-

пуска. Ох, на что приходится иногда идти ради даже небольшого срока при-

зрачной свободы!..

После третьего курса самым страшным экзаменом абсолютно справед-

ливо считался ЭСАУ – элементы систем автоматического управления. Пре-

подаватели кафедры практически все без исключения слыли мужиками без-

душными, к горю человеческому безразличными и совершенно бескомпро-

миссными. «Бананы» в экзаменационную ведомость ставили, не раздумывая.

Делом совершенно обыденным и вовсе не чрезвычайным считалось в учили-

ще полкласса, не сдавших экзамен по автоматике. К моему стыду, я эту на-

уку не любил и не понимал.

Ну не шли у меня полупроводниковые процессы, и все! Вот клапаны,

захлопки, трубопроводы шли, а диоды, триоды и анодные мосты ни в ка-

кую. Вот и получился «по работе отдых». До сих пор помню, как вытащил

билет, а один из вопросов – работа мультивибратора. Я, конечно, изви-

лины напряг, схему нарисовал, припомнил зазубренное и выдал все экза-

менатору. Где-то в другом месте, может, и сошло бы, но не здесь. Не тот

преподаватель. Автоматику у нас вел капитан 2 ранга Туровский. Больше

теоретик, чем практик. Умный до безобразия. Такими и нас видеть хотел.

Стремление благое, спору нет, но… Послушал он меня, головой покивал,

потом берет карандаш и рисует поперек схемы гаечный ключ, а в углу –

круг.– Вот Белов, видишь, сюда гаечный ключ упал, тут и тут замкнул, а сюда

матрос-разгильдяй пописал. Как теперь схема работать будет?

После этого теперь уже моя голова замультивибрировала. Лихорадоч-

но и хаотично. Но без толку. Начал я всевозможные горбушки лепить, ши-

роченными потоками лить воду, даже политику партии и правительства

63

П. Ефремов. Стоп дуть!

припомнил. А Туровскому все это – по барабану. Покивал головой, поки-

вал и говорит:

– Да, Белов, ты хоть и старшина класса, но автоматику должен знать,

как «Отче наш». Куда ты в жизни без автоматики? Вызубрить все можно,

но необходимо ведь понимать глубинные процессы… Придешь после прак-

тики.Так я стал академиком. И чтобы мне не так было обидно, отбраковала

кафедра автоматики еще двадцать два человека из моей роты, почти треть.

А отпуск-то летний, целый месяц, обидно. Но ничего не поделаешь.

Уехали на практику. В город Горький, ныне Нижний Новгород, на за-

вод «Красное Сормово», смотреть, как строятся подводные гиганты. По-

смотрели, пофланировали с черноморским шиком по городу, пива попили,

в общем, попрактиковались месяц, и по домам. Все, кроме нас, горемыч-

ных. Двадцать три автоматических должника потянулись вместе с ко-