Мартин ронделл

Пурпурные этюды

Стол

Тусклая лампочка свисала на шнуре с потолка. Качаясь, она выхватывала из мрака старый массивный стол. Возле него стояла раздетая по пояс женщина то, исчезая то, вы­­плывая из темноты.

– Сними трусики, шлюха! – грубо приказал мужской голос. – И ложись на стол лицом вниз!

Она залезла под юбку и спустила трусы. Затем наклонилась над столом, широко расставив ноги, выпятив зад, и, вцепившись пальцами в его края, стала с трепетом ждать.

Мужчина, голый, вступил в пятно света и подошел к столу, лаская свой член. Он задрал широкий подол ее пестрой юбки, оголив ее белоснежный зад, и больно ущипнул, заставив ее вскрикнуть. Удовлетворенно хмыкнув, он крепко шлепнул ее по попе, отчего та задрожала. Женщина еще крепче вцепилась в стол в предвкушении наслаждения и бо­­ли. Он послюнявил два пальца правой руки и, всадив их ей в задний проход, покрутил ими. Все ее тело пронзила легкая дрожь. Боже как приятно!

Но это было только начало.

Он вынул пальцы, развел ее ягодицы и осторожно ввел пенис, медленно продвигая его во внутрь, пока тот не вошел целиком, и их промежности не сомкнулись.

Женщина невольно вскричала от боли. Ей было больно и в то же время приятно, чувствуя, как большой, толстый стержень с трудом проникает во внутрь ее тела.

Первый миг он ничего не делал, давая возможность ее телу свыкнуться с новыми ощущениями. Затем он приступил к характерным движениям взад-вперед, постепенно наращивая темп.

Женщина почувствовала, как начало жечь ее зад изнутри. Она зажмурилась и при­­­­кусила нижнюю губу, дабы сдержать крик.

Мужчина схватил ее за волосы и задрал ей голову назад.

– Тебе больно, куколка? – грубо спросил он.

– Да! – отозвалась она.

Жжение усиливалось и разливалось по всему телу.

– Тогда кричи, куколка! – посоветовал он. – Кричи!

И она застонала. А он еще ускорил свои движения.

– Тебе нравится так, детка?

– Да! – закричала она. – Еще!

Мужчина отпустил волосы и, взяв ее за талию, начал качать в такт своим движе­ниям. Обнаженная грудь терлась об грубую, шершавую поверхность стола, прибавляя массу противоречивых ощущений. Набухшие соски задевали бугорки и трещины на по­­верхности, еще сильнее возбуждая ее.

– Быстрее! – потребовала она – Еще быстрее!!!

Он ускорился до предела своих возможностей. Его движения стали резкими, про­межность звонко хлопала ее по ягодицам, а стол жалобно скрипел под ней.

Женщина закричала, уже не сдерживаясь, ибо не могла терпеть больше эту боль, этот огонь внутри себя. Вместе с тем, именно эта боль и этот огонь, давали ей то неопи­суемое наслаждение, которое испытывала сейчас.

Она чувствовала, что вот-вот кончит, наступит оргазм.

И вот, этот момент, наконец, настал. Оба, и мужчина, и женщина, почувствовали, как пульсировал его член у нее внутри, выплевывая вязкую жижу. И хотя жижа была горя­чая, женщине она показалась живительным бальзамом для ее разгоряченного зада.

Оба были на вершине блаженства.

Мужчина, тяжело дыша, снова исчез во мраке, а женщина, ублажено расслабив­­шись, осталась лежать на столе в изнеможении.

Лифт

Он торопился и нетерпеливо жал на кнопку в ожидании лифта. Наконец створки отворились, он вошел в кабину и нажал кнопку восьмого этажа. Но не успел лифт тронуться, как в него неожиданно вошли две девушки.

– Уф! Едва успели, – сказала одна из них, заметно запыхавшись. Ее роскошный бюст волнующе вздымался. – Вам, на какой этаж?

– На восьмой, – ответил он.

– О! Надо же, какое совпадение! Нам тоже на восьмой!

Они встали по обе стороны от него, и лифт пополз вверх.

Это были две молодых и симпатичных девушки чуть за двадцать. Обе они были одеты абсолютно одинаково: в обтягивающие короткие джинсовые шортики, выгодно демонстрирующие крепкие длинные и в то же время изящные ноги, обутые в босоножки, и летние майки с широким воротом, едва достававшие им до пупка, под которыми угадывалось отсутствие какой-либо иной одежды. Только одна из них – та, что разговаривала с ним – была голубоглазой блондинкой с маленьким хвостиком волос на затылке, а вторая жгучей брюнеткой с короткой стрижкой.Он поймал себя на том, что жадно и откровенно разглядывал их. Но такое пристальное внимание, похоже, их нисколько не тревожило, ибо сами были заняты тем же по отношению к нему.

– Уф! Жарко! – заявила блондинка, обмахиваясь воротом майки, одновременно позволяя заглянуть за него и разглядеть молочную белизну упругих грудей.

Он так засмотрелся на это зрелище, что когда заметил, как лукаво наблюдала за ним девушка, смущенно отвернулся и стал следить за тем, как загорались цифры на табло лифта.

3… 5… 7…

Вдруг последовал легкий толчок, погас свет и лифт замер.

– Что такое? – прозвучал в темноте испуганный голос девушки. – Что происходить?

– Мы застряли, – констатировал он.

– Мне страшно, – неожиданно услышал он шепот блондинки возле правого уха.

– И мне тоже, – подхватила брюнетка слева.

Девушки стояли так близко к нему, что ему показалось, будто он чувствовал, как они дрожат.