Читаем Стойкость полностью

Академик Е. В. Тарле в своем блистательном труде «1812 год» пишет о тяжелейшем положении французских войск следующее: «...После долгих голодных маршей... великая армия нашла (в Смоленске. — Д. Я.) дотла разоренное место... Фуражиры возвращались из окрестностей, не добыв ни хлеба, ни сена»[26].


А вот другое высказывание по этому же вопросу современника Наполеона — Клаузевица:


«Бонапарт наглядно показал в своем русском походе, как, не считаясь с вопросом продовольственного обеспечения войск, можно дойти до крайности»[27].


Исходя из неправильного представления о непродолжительности первой мировой войны, царское правительство России в первый период боевых действий — август — декабрь 1914 г. — установило нормы продовольствия войскам весьма высокими: хлеба — 1230 г, мяса — 615, жиров — 106, сахара — -68, овощей — 256 г в сутки на человека. Такие нормы не вызывались необходимостью (кроме овощей) и вели к растранжириванию продовольствия. Вскоре стал ощущаться недостаток продуктов питания. Правительство в начале 1916 г. было вынуждено сократить нормы выдачи солдатам по мясу в три раза, а жирам — в два с половиной раза. К концу того же 1916 г. вследствие обострения продовольственных трудностей паек вновь сокращается, на этот раз по хлебу, сахару и крупе. Однако и этот урезанный паек солдаты нередко полностью не получали вследствие плохой доставки провианта из глубин России. Неустойчивое снабжение войск явилось результатом тех же факторов, которые вызвали в России продовольственный кризис в 1916–1917 гг. Немалую роль в этом сыграла и плохо поставленная служба снабжения в царской армии. Положением о ротном хозяйстве была предусмотрена раскладка припасов с примерным набором продуктов для приготовления пищи. Но раскладка была не обязательной. Питание солдат зависело от возможности приобретения продуктов на местах и их стоимости, а также от добросовестности войсковых хозяйственников. Столь шаткий механизм снабжения армии приводил к тому, что солдаты испытывали недостаток в пище.


Довольствие войск в наше время приобретает во много крат большее значение, чем в прошлые времена. Современные армии нередко насчитывают миллионы человек, и, чтобы прокормить их, надо иметь большие запасы продуктов. Быстрота передвижения войск требует четкой постановки снабжения сверху донизу и большой маневренности ресурсами. Питание армии во время войны нельзя рассматривать в отрыве от снабжения населения страны. Война без хлеба немыслима, и в то же время она превращает хлебородные поля в пустыню. Недоучет этих особенностей чреват тяжелыми последствиями.


В начале войны 1941 г. Советское правительство приняло решение, в котором учитывались предстоящие продовольственные трудности: вторжение врага в хлебородные области страны, уход значительной части трудоспособных людей в армию, вынужденная передача колхозами и совхозами тракторов, автомашин на военные нужды. Был установлен твердый паек личному составу армии, объем и набор продуктов в натуральном выражении обеспечивал воинов полноценным питанием. Солдаты, находившиеся в боевых частях, получали 3450 калорий, а в тыловых частях фронта — 2954 калории. Довольствие солдат и офицеров во внутренних округах было несколько уменьшено по сравнению с довоенным размером, однако новый паек содержал достаточное число калорий — 2822. Эти нормы не менялись всю войну[28].


Важной мерой в организации довольствия войск было образование Главного управления продовольственного снабжения Красной Армии. На этот орган возлагалось оперативное руководство продовольственной службой, которой в прошлом не было.


Многое из того, что мне пришлось испытать и делать в Ленинграде в тяжелую зиму 1941/42 г., пригодилось на новой работе. ГУПСКА ценило и поддерживало тех начпродов фронтов, армий, которые умели считать, беречь и рационально расходовать продовольствие.


В феврале 1942 г. донесения с фронтов поступали в ГУПСКА непрерывным потоком. В одних сообщалось, что продовольствия осталось на два-три дня. В других — а их было большинство — говорилось, что многие части длительное время не получают горячей пищи, так как при отходе в первые месяцы войны имели место потери большого числа кухонь. Солдаты питались всухомятку: хлебом, сухарями, колбасой или консервами. В течение пяти — семи дней такую пищу можно терпеть, но когда сухомятка принимает затяжной характер, она опасна для здоровья. Наиболее тревожные донесения поступали с Карельского фронта. Северная железная дорога подвергалась частым налетам немецкой авиации, и составы с продовольствием нерегулярно поступали на фронтовую базу. Плохое питание и морозы ослабляли силы воинов.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Преодоление либеральной чумы. Почему и как мы победим!
Преодоление либеральной чумы. Почему и как мы победим!

Россия, как и весь мир, находится на пороге кризиса, грозящего перерасти в новую мировую войну. Спасти страну и народ может только настоящая, не на словах, а на деле, комплексная модернизация экономики и консолидация общества перед лицом внешних и внутренних угроз.Внутри самой правящей элиты нет и тени единства: огромная часть тех, кто захватил после 1991 года господствующие высоты в экономике и политике, служат не России, а ее стратегическим конкурентам на Западе. Проблемы нашей Родины являются для них не более чем возможностью получить новые политические и финансовые преференции – как от российской власти, так и от ведущего против нас войну на уничтожение глобального бизнеса.Раз за разом, удар за ударом будут эти люди размывать международные резервы страны, – пока эти резервы не кончатся, как в 1998 году, когда красивым словом «дефолт» прикрыли полное разворовывание бюджета. Либералы и клептократы дружной стаей столкнут Россию в системный кризис, – и нам придется выживать в нем.Задача здоровых сил общества предельно проста: чтобы минимизировать разрушительность предстоящего кризиса, чтобы использовать его для возврата России с пути коррупционного саморазрушения и морального распада на путь честного развития, надо вернуть власть народу, вернуть себе свою страну.Как это сделать, рассказывает в своей книге известный российский экономист, политик и публицист Михаил Делягин. Узнайте, какими будут «семь делягинских ударов» по бюрократии, коррупции и нищете!

Михаил Геннадьевич Делягин

Публицистика / Политика / Образование и наука