Читаем Стойкость полностью

Возможно, приведенные факты могут показаться кое-кому мелкими по сравнению с событиями того времени, но в них проявляется душа народа. Ленинградцы, помогая друг другу, героически преодолевали свалившиеся на них беды. Именно в этих тяжелейших условиях в полную меру раскрылся характер русского человека, умеющего и терпеть и упорно добиваться победы. Приведу одну историю, которая сильнее всяких слов говорит о величии подвига ленинградцев.

В Ленинграде есть Институт растениеводства, научные сотрудники которого под руководством известного ученого Николая Ивановича Вавилова в свое время собрали богатейшую коллекцию зерен из 118 стран мира. Эта коллекция насчитывала более 100 тыс. различных образцов пшеницы, ржи, кукурузы, риса и многих других культур. Вес коллекции составлял несколько тонн. Широкое изучение образцов мировой флоры помогало работникам сельского хозяйства решать ряд важных проблем растениеводства.

Война нарушила творческую деятельность коллектива, многие сотрудники ушли на фронт, некоторые погибли от вражеских бомб и снарядов. В водовороте наступивших событий, когда рушились дома, гибли материальные ценности, было не до института. Работники его могли поступить с коллекцией как угодно, и никто не спросил бы с них, если бы семена погибли. Но коллектив, хотя и недосчитывал в своих рядах многих сотрудников, продолжал бережно охранять коллекцию.

С приближением противника к Ленинграду институт подготовил коллекцию к эвакуации. Зерна и другие ценные для науки материалы были упакованы и погружены в вагоны, но вывезти их не удалось — враг блокировал город.

Заботясь о сохранении коллекции, директор института И. Г. Эйхфельд, ученые и общественные организации стали принимать меры к размещению образцов в помещении института на специально оборудованных для этой цели стеллажах. Установили круглосуточное дежурство по охране зерен от всяких случайностей. В охране принимали участие все сотрудники. Десятки зажигательных бомб, упавших на крышу, были обезврежены их руками. Много огорчений и хлопот причиняли крысы. Эти твари легко проникали в безлюдные помещения, забирались на стеллажи, прогрызали мешки и пожирали зерна. Но вскоре был найден способ сохранить коллекцию от нашествия крыс: семена упаковали в недоступные для грызунов металлические коробки, уложили в штабеля, где они хранились под наблюдением ученых. В первые три месяца блокады приходилось бороться главным образом с бомбами, крысами, были и одиночные вылазки мародеров. Но несравнимо тяжелые испытания выпали на долю ученых в декабре 1941 г. и в начале 1942 г., когда наступил острый голод. Этот враг нанес им страшные удары.

В декабре многие сотрудники от истощения не могли подняться с постели. Их работу приходилось выполнять тем, кто еще мог передвигаться. В один из морозных дней этого ужасного месяца сотрудники института услышали печальную весть. Их товарищ агрометеоролог А. Я. Молибога сгорел во время пожара у себя дома. Он настолько ослабел от голода, что не мог выбраться из охваченного огнем помещения. Вскоре умерли от истощения доктор биологических наук С. А. Эгис и старший научный сотрудник Д. С. Иванов, а вслед за ними ушли в могилу еще 28 человек.

Оставшаяся в живых маленькая группа научных сотрудников, сохраняя твердость духа, не отступала от цели — сберечь во что бы то ни стало коллекцию. Едва передвигая ноги, сотрудники каждый день приходили в институт и несли службу. Теперь судьба коллекции зависела от выдержки этой небольшой группы истощенных людей. Быть у хлеба, беречь его во имя будущих урожаев и медленно умирать от голода — нечеловеческая пытка. И все же из этой бездны страданий они вышли победителями.

Идея сберечь коллекцию зерновых культур, созданную многолетним трудом Н. И. Вавилова и других ученых, была той негасимой искрой, которая помогла ученым преодолевать лишения. Память об их бескорыстии, благородстве, их высоком нравственном облике сохранится надолго.

Самоотверженных поступков, проявленных большими и малыми коллективами, отдельными лицами, было великое множество.

Время шло. От малого до старого все испытывали голод, трудились и жили надеждой в торжество правого дела. Это чувство поднимало кузнеца, инженера, бухгалтера, ученого на героические дела. Это же чувство руководило артистами, когда они пели, играли, развлекали других голодных и усталых людей, хотя у них самих подкашивались ноги.

Все театральные коллективы были эвакуированы в глубь страны, а труппа оперетты осталась. Ленинградцы посещали театр. Слушая шутки, музыку, они на какое-то время освобождались от бремени тяжелых дум.