Читаем Стойкость полностью

Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю. Я стараюсь расслабиться, представляя себе маленькую девочку с ангельской улыбкой и длинными почти черными волосами как у Эллисон. С кудряшками. Хлыст снова впивается мне в кожу. На этот раз это терпимо, поэтому я копаюсь глубже в своем сознании, чтобы представить образ нашего сына. Крепкий парень с моими темно-каштановыми волосами и экзотическими зелеными глазами Эллисон. Думаю, он старше нашей дочери. Заботливый старший брат. Да. Мне это очень нравится. Он будет присматривать за моим маленьким ангелом и держать маленьких ублюдков Братства подальше от нее. Наши дети и улыбающееся лицо Эллисон. Это последнее, что я вижу, прежде чем боль отправляет меня в забытье.


Глава 16

Эллисон Макалистер


- Вот, - Блю передает мне Харрисона. - По крайней мере, ты можешь ходить с мистером Капризный, если собираешься и дальше ходить по комнате.

Я целую племянника в макушку. Бедный малыш весь вечер суетился. Он не единственный, кто здесь обеспокоен. Чувствует ли он мою тревогу?

- Прошло всего несколько часов. Они не придут за тобой до утра, так что можешь отойти от окна.

Такое чувство, что прошло гораздо больше времени.

- Я не знаю, как с этим справиться.

Я схожу с ума, представляя все то, что Джейми, должно быть, переживает прямо сейчас.

- Нелегко быть замужем за человеком из Братства.

- Должно быть, тебе в десять раз хуже, ведь Син - лидер.

Блю, должно быть, в полном беспорядке каждый раз, когда выходит за дверь.

- Я всегда боюсь за него, поэтому я очень рада мирному договору с орденом. Это снижает опасность для всех, особенно для членов совета.

Я такая идиотка.

- Я была так наивна, полагая, что Джейми был в меньшей опасности, потому что он доктор братства и не будет драться. Это совсем не так. Его место в совете всегда будет делать его мишенью.

- Так и будет, но ты можешь утешиться тем, что теперь он в меньшей опасности, чем был до заключения договора.

Харрисон кладет голову мне на плечо и засовывает большой палец в рот.

Я поверить не могу, что внутри меня может расти ребенок.

- Мы с Джейми не знали, что Уэстлин и Митч будут добровольцами. Мы думали, что Киран может выбрать меня в жены. Если бы он это сделал, мы знали, что ничего не сможем с этим поделать, поэтому решили принять упреждающий подход, чтобы покончить с любой перспективой того, что он выберет меня.

- Что ты сделала?

- Возможно, мы просто провели последние три дня, пытаясь забеременеть.

Блю морщит лоб.

- Ты принимаешь таблетки.

- Я принимала таблетки.

- Когда прекратила?

- Неделю назад, когда меня похитили.

- Хм. Ты - медсестра, а Джейми - врач, но я не думаю, что так бывает. Мне кажется недели перерыва в гормональных противозачаточных средствах не достаточно, чтобы забеременеть.

- Мы знаем, что это может быть попадание или промах, но мы уверены, что сделали все возможное, чтобы у меня была овуляция.

- Я немного запуталась. Как провести последние три дня, пытаясь забеременеть, чтобы Киран не выбрал тебя сегодня своей женой? Ты не узнаешь беременна ты ли нет в течение нескольких недель.

- Киран мог бы аннулировать права Джейми на меня, потому что мы еще не женаты. Но он не мог бы отменить ребенка, поэтому мы планировали солгать, а затем надеяться на две полоски.

- А потом у тебя не было возможности солгать, потому что Уэстлин и Митч добровольно согласились на брачный договор, - Блю смеется. - Черт, Элли. Ребенок - это действительно радикальное решение проблемы, которой у тебя в итоге не было.

Я уверена, что сейчас это звучит как безумный план, но проблема решена, но угроза выйти замуж за Кирана была вполне реальной еще несколько часов назад.

- Это была тяжелая ситуация...пока она не была решена. А потом у меня был этот чертов момент.

У меня все еще дерьмовый момент.

- А что сказал Джейми?

- Он сказал, что не будет возражать, если я забеременею. В любом случае, мы поженимся.

- Ты хочешь ребенка прямо сейчас?

Я раскачиваюсь с ноги на ногу, покачивая Харрисона.

- С одной стороны, да. Но с другой стороны, когда я смотрю на тебя, Сина, на детей, я вижу, как тяжело воспитывать детей, и мне хочется подождать.

- У нас чрезвычайные обстоятельства. Не размышляй о том, какой, по твоему мнению, будет ваша жизнь, основываясь на том, что ты видишь в нас, иначе у тебя никогда не будет детей.

- Я знаю, что это было бы не так хаотично, как сейчас.

Я поворачиваюсь так, чтобы Блю могла видеть лицо Харрисона.

- Он спит?

- Мистер Капризный отключился.

Блю и дети ложатся спать, но нет никакой надежды, что я засну хоть на минуту. Я не смогла бы заснуть, даже если бы попыталась. Я слишком занята, переживая кошмар реальной жизни.

***

Солнце встает, когда звенит мой телефон.


Стерлинг уже в пути.


Я иду в спальню Блю и осторожно трясу ее.

- Блю, - шепчу я, потому что видела, как Харрисон пробирался ночью в постель к своей маме.

- Уже пора?

- Да. Стерлинг уже в пути.

- Ладно.

Она садится и трет глаза.

- Я позвоню Изабель.

Перейти на страницу:

Все книги серии Грех

Очередной грех
Очередной грех

На протяжении трех месяцев Блю Макаллистер пытается скрыться от Синклера Брекенридж, но он находит её. Её бывший любовник, будущий лидер преступной организации, известной как Братство, сопротивляется своим чувствам к ней, и предпочитает наблюдать за своей любимой издалека. О чём она и понятия не имеет. Но вскоре ситуация полностью меняется. На его малышку ведется охота. Убийцы Абрама подбираются все ближе, и у него остается лишь одно решение, которое сможет уберечь Блю – сделать её своей женой. Кажется, что брак легко решит их проблему, но счастливое замужество длится недолго, когда они обнаруживают врагов за пределами Братства. Будет ли первоначальная месть стоить её сопутствующего ущерба?

Джорджия Кейтс

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Романы / Эро литература

Похожие книги

Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Царь славян
Царь славян

НАШЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ СЕМЬ ВЕКОВ!Таков сенсационный вывод последних исследований Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко в области хронологии и реконструкции средневековой истории. Новые результаты, полученные авторами в 2003–2004 годах, позволяют иначе взглянуть на место русского православия в христианстве. В частности, выясняется, что Русь была крещена самим Христом в XII веке н. э. А первый век от Рождества Христова оказывается XIII веком н. э. Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Предлагаемая реконструкция является пока предположительной, однако, авторы гарантируют точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга «Царь Славян» посвящена новой, полученной авторами в 2003 году, датировке Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструкции истории XII века, вытекающей из этой датировки. Книга содержит только новые результаты, полученные авторами в 2003 году. Здесь они публикуются впервые.Датировка эпохи Христа, излагаемая в настоящей книге, является окончательной, поскольку получена с помощью независимых астрономических методов. Она находится в идеальном соответствии со статистическими параллелизмами, что позволяет в целом завершить реконструкцию письменной истории человечества, доведя её до эпохи зарождения письменности в X–XI веках. Новый шаг в реконструкции всеобщей истории, изложенный в книге, позволяет совсем по-другому взглянуть на место русского православия в христианстве.Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и, в частности, не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Как отмечают авторы, предлагаемая ими реконструкция является пока предположительной. В то же время, авторы отвечают за точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга предназначена для самого широкого круга читателей, интересующихся историей христианства, историей Руси и новыми открытиями в области новой хронологии.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)

[b]Организация ИГИЛ запрещена на территории РФ.[/b]Эта книга – шокирующий рассказ о десяти днях, проведенных немецким журналистом на территории, захваченной запрещенной в России террористической организацией «Исламское государство» (ИГИЛ, ИГ). Юрген Тоденхёфер стал первым западным журналистом, сумевшим выбраться оттуда живым. Все это время он буквально ходил по лезвию ножа, общаясь с боевиками, «чиновниками» и местным населением, скрываясь от американских беспилотников и бомб…С предельной честностью и беспристрастностью автор анализирует идеологию террористов. Составив психологические портреты боевиков, он выясняет, что заставило всех этих людей оставить семью, приличную работу, всю свою прежнюю жизнь – чтобы стать врагами человечества.

Юрген Тоденхёфер

Документальная литература / Публицистика / Документальное