Читаем Стойкость полностью

На самом деле, если что-то происходит, я предпочитаю видеть это, чтобы иметь напоминание о том, как глупо я поступила, согласившись на предложение Джейми.

- Это не входит в мои намерения. Мы всегда сталкиваемся с более высоким риском быть пораженными после события. Кто-то должен убедиться, что лазарет не был взломан, прежде чем мы сможем позволить тебе войти внутрь.

Я полагаю, что это разумное объяснение вполне законно.

- Хорошо.

- Он не будет с ней трахаться, Эллисон. Я в этом уверен.

Хотела бы я быть в этом уверена.

- Ну, это мы еще посмотрим.

Машина отъезжает, и мой разум выходит из-под контроля со всеми этими "если".

Что, если Адайра все еще там?

А что, если её нет, и я никогда не узнаю, что произошло между ними?

А что, если я войду и увижу, как они занимаются сексом?

Меня тошнит. Мне тревожно. Беспокойно. И все мои неприятности умножаются по мере приближения к лазарету. Я ожидала, что будет больно, когда мы попрощаемся. Не меньше недели в отношениях. Я еще больше волнуюсь, когда вижу на подъездной дорожке Рейнджровер Джейми. Он ушел с вечеринки с другой женщиной всего час назад. Неужели он привез ее сюда? К нам домой? В нашу спальню?

Я жду в машине, пока Стерлинг осматривает дом. Затаив дыхание. Внутри всё сжимается. Ладони вспотели. Стерлинг быстро возвращается. Почему он так быстро вернулся? Потому что все прошло нормально? Или потому что он наткнулся на Джейми и Адайру и получил приказ немедленно убираться? Стерлинг открывает мне дверь.

- Всё спокойно.

Внутри нет членов ордена, но это не значит, что меня не ждет что-то болезненное. Я встаю и поправляю платье после того, как Стерлинг помогает мне выбраться из внедорожника.

- Все в порядке, мисс Макалистер. Он отключился на кровати. Один.

Мое сердце немного успокаивается.

- Простите меня за назойливость. Я подумал, что вам будет немного легче узнать, что вы не столкнетесь с тем, чего не хотите увидеть.

- Это было очень предусмотрительно. Спасибо.

Стерлинг находится не дальше чем в трех шагах от меня на пути от машины до входной двери.

- Заприте дверь и включите сигнализацию, как только окажетесь внутри.

- Я так и сделаю. Спасибо, что подвезли.

- В любое время, мисс Макалистер.

Я сбрасываю каблуки и сгибаю затекшие ноги. Я надела эти чертовы вещи, чтобы Джейми подумал, что я сексуальна, а потом он даже не обратил на меня никакого внимания. Пустая трата.

Я стою у лестницы и размышляю о том, что увижу, когда поднимусь наверх. Стерлинг сказал, что Джейми был один, но час назад это было не так. Они трахались перед ее отъездом? Дерьмо. Время столкнуться с неминуемым. Я нахожу Джейми растянувшимся на кровати, постельное белье нетронуто, за исключением подушки под головой. Его пиджак и галстук сброшены, но на нем все еще брюки, и они не растегнуты. Не гарантия, но хороший признак...Я сажусь на кровать, он не шевелится. Даже ритм его дыхания не нарушается. Я ложусь рядом с ним, подперев голову рукой, и пользуюсь случаем, чтобы изучить его лицо. Темные ресницы касаются нижних век. Щетина. Сильная линия подбородка. Пухлые губы слегка приоткрываются с каждым вздохом.

Такой чертовски красивый, что даже больно. Я касаюсь его лица, провожу большим пальцем по щеке.

- Ты меня убиваешь, док. Мне действительно нужно, чтобы это дерьмо закончилось.

Заяви на меня права. На этот раз он шевелится и перекатывается ко мне.

- Мак.

- Я здесь.

Открыть глаза - это своего рода борьба. Сфокусироваться на моем лице оказывается более трудным, когда он протягивает руку и неуклюже хватает мое лицо.

- Мак.

Я кладу руку поверх его.

- Ты бросил меня, - Джейми моргает и не отвечает. - Ты не сказал ни слова. Ты просто сбежал и оставил меня там, в доме Тана и Изабель.

- Я не мог видеть тебя с ними. Это сводило меня с ума. Я знал, что все увидят на моем лице, если я не уберусь оттуда к чертовой матери.

Я знаю, что не следует пытаться вести серьезный разговор с кем-либо после того, как они выпьют, но я сойду с ума, если не услышу, как он говорит мне, что между ним и Адайрой ничего не было.

- Я видела, как ты ушел с вечеринки вместе с Адайрой. И что я должна думать?

- Она хотела поговорить наедине.

Он сильно ошибается, если думает, что я соглашусь на такое объяснение.

- Ты исчез вместе с ней. Я видела, как вы шли с ней к гостевому дому, а потом ушли с вечеринки вместе.

- Она отвела меня в гостевой дом, чтобы отсосать мне.

Любое облегчение, которое я испытала, не найдя Адайру в лазарете или обнаружив голого Джейми в постели, быстро проходит.

- Как ты мог, Джейми?

Я отталкиваюсь от него, чтобы встать с кровати, но он хватает меня за запястье.

- Я ей не позволил. Хорошо, что я этого не сделал, потому что ей нравятся киски.

Кажется он пьянее, чем я думала.

- Что?

- Адайре нравятся женщины. У нее есть подружка.

Я не разочарована, но это не значит, что они не спали вместе.

- Ты ее не трахал?

- Нет. Она лесбиянка.

- Почему она пыталась сделать тебе минет, если ей нравятся девушки?

Перейти на страницу:

Все книги серии Грех

Очередной грех
Очередной грех

На протяжении трех месяцев Блю Макаллистер пытается скрыться от Синклера Брекенридж, но он находит её. Её бывший любовник, будущий лидер преступной организации, известной как Братство, сопротивляется своим чувствам к ней, и предпочитает наблюдать за своей любимой издалека. О чём она и понятия не имеет. Но вскоре ситуация полностью меняется. На его малышку ведется охота. Убийцы Абрама подбираются все ближе, и у него остается лишь одно решение, которое сможет уберечь Блю – сделать её своей женой. Кажется, что брак легко решит их проблему, но счастливое замужество длится недолго, когда они обнаруживают врагов за пределами Братства. Будет ли первоначальная месть стоить её сопутствующего ущерба?

Джорджия Кейтс

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Романы / Эро литература

Похожие книги

Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Царь славян
Царь славян

НАШЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ СЕМЬ ВЕКОВ!Таков сенсационный вывод последних исследований Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко в области хронологии и реконструкции средневековой истории. Новые результаты, полученные авторами в 2003–2004 годах, позволяют иначе взглянуть на место русского православия в христианстве. В частности, выясняется, что Русь была крещена самим Христом в XII веке н. э. А первый век от Рождества Христова оказывается XIII веком н. э. Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Предлагаемая реконструкция является пока предположительной, однако, авторы гарантируют точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга «Царь Славян» посвящена новой, полученной авторами в 2003 году, датировке Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструкции истории XII века, вытекающей из этой датировки. Книга содержит только новые результаты, полученные авторами в 2003 году. Здесь они публикуются впервые.Датировка эпохи Христа, излагаемая в настоящей книге, является окончательной, поскольку получена с помощью независимых астрономических методов. Она находится в идеальном соответствии со статистическими параллелизмами, что позволяет в целом завершить реконструкцию письменной истории человечества, доведя её до эпохи зарождения письменности в X–XI веках. Новый шаг в реконструкции всеобщей истории, изложенный в книге, позволяет совсем по-другому взглянуть на место русского православия в христианстве.Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и, в частности, не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Как отмечают авторы, предлагаемая ими реконструкция является пока предположительной. В то же время, авторы отвечают за точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга предназначена для самого широкого круга читателей, интересующихся историей христианства, историей Руси и новыми открытиями в области новой хронологии.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)

[b]Организация ИГИЛ запрещена на территории РФ.[/b]Эта книга – шокирующий рассказ о десяти днях, проведенных немецким журналистом на территории, захваченной запрещенной в России террористической организацией «Исламское государство» (ИГИЛ, ИГ). Юрген Тоденхёфер стал первым западным журналистом, сумевшим выбраться оттуда живым. Все это время он буквально ходил по лезвию ножа, общаясь с боевиками, «чиновниками» и местным населением, скрываясь от американских беспилотников и бомб…С предельной честностью и беспристрастностью автор анализирует идеологию террористов. Составив психологические портреты боевиков, он выясняет, что заставило всех этих людей оставить семью, приличную работу, всю свою прежнюю жизнь – чтобы стать врагами человечества.

Юрген Тоденхёфер

Документальная литература / Публицистика / Документальное