Читаем Стойкость полностью

- Это очень важное решение, и я не собираюсь относиться к нему легкомысленно. Я все еще взвешиваю все за и против.

- Давай поднимемся наверх и еще раз посмотрим на главную спальню, пока мы будем обсуждать твои плюсы и минусы.

Я следую за Эллисон вверх по винтовой лестнице, наблюдая, как ее задница раскачивается взад и вперед при каждом шаге. Думаю, она делает это дерьмо нарочно. Мне нравится это. Я хватаю ее за бедра и веду назад, пока не прижимаю к стене.

- Твой список за и против стал длиннее с тех пор, как мы говорили вчера вечером?

- Возможно.

- Хорошо. У меня есть для тебя задачка...если ты в игре.

- Какого рода задачка?

- Пройдемся по списку плюсов и минусов и дай мне возможность противопоставить их. Если у тебя будет хоть один минус, который я не смогу оспорить с помощью разумного аргумента, тогда мы забудем, что я когда-либо делал это предложение. Согласна?

Она кивает.

- Хорошо.

- Начинай.

Я медленно провожу руками вверх по ее телу и наклоняюсь ближе, чтобы провести губами по коже вдоль ее шеи. Но она ничего не говорит.

- Я сказал "начинай". Сейчас.

С таким же успехом можно дать ей почувствовать то, что будет, если она скажет "да". Она наклоняет голову в сторону, давая мне полный доступ к своей шее.

- Будет больно, когда мы расстанемся.

Если я добьюсь своего, мы никогда не расстанемся. Я втягиваю мочку ее уха в рот и осторожно оттягиваю ее зубами.

- Разлука уже причиняет боль.

- Ты хочешь трахать меня месяц. Это заставляет меня чувствовать себя шлюхой.

Я отстраняюсь и смотрю на нее. Ошеломленно.

- Это никогда не входило в мои намерения.

Когда я слышу, как она говорит, что я заставил ее чувствовать себя шлюхой, чуть ли не опустошает меня. Мне невыносимо сознавать, что я сделал это с ней.

Я беру её лицо в ладони, так что мы смотрим друг другу в глаза.

- Я хочу показывать тебе свою любовь до тех пор, пока судьба позволит мне это делать. Оказав мне такую честь не делает тебя шлюхой. Нисколько.

У нее такие грустные глаза. Это разбивает мне сердце.

- Ты позволишь другому мужчине овладеть мной, когда мы закончим.

Я еще ничего не придумал, но сделаю все, что в моих силах, чтобы удержать ее. Но я не могу сказать ей об этом прямо сейчас.

- Если бы это было в твоих интересах, я бы передал тебя в руки человека, способного обеспечить твою безопасность. Есть разница.

- Ни один брат не сделает мне предложение, если они узнают, что мы делали за закрытыми дверями. За этой закрытой дверью. В этой самой спальне.

- Меня вырастил Абрам Брекенридж. Я очень рано научился манипулировать правдой и хранить секреты. Никто не узнает, что мы делаем.

Она колеблется, и ее лоб морщится, как будто она изо всех сил пытается придумать еще что-то. Она знает, что мне весело с ней, я вижу это по ее глазам. Да, я хочу, чтобы она была здесь со мной, но эта игра не повлияет на ее решение.

- Продолжай в том же духе, детка. Я могу делать это целый день. Тебе не выиграть.

- Хочешь поспорить?

- Думаю, мы уже это сделали.

- У нас будет много секса.

Я наклоняюсь так близко, что наши губы почти соприкасаются.

- И у тебя будет много умопомрачительных оргазмов.

- Я не закончила.

- И мне было интересно, почему ты указала это в минусах.

- У нас будет много секса. Незапланированная беременность - это всегда риск, независимо от того, насколько мы осторожны.

Маленькая лисичка думает, что она выиграла, но ее озорная улыбка выдает ее. Она пытается меня подставить. Этому не бывать.

- Тогда у Лурдес, Лиама и Харрисона появится кузен. Вообще-то, двоюродный брат. Разве это не здорово?

- Мы оба знаем, что ребенок - это минус, который нельзя превратить в плюс.

- Мне кажется, я только что сделал это, и я успешно парировал все твои минусы. Я выиграл, так что твой ответ на мое предложение - да. Ты моя.

- Я все равно собиралась сказать "да".

Спасибо, черт возьми.

- Я знал.

- Нет, ты не знал.

- Ты права. Я не был уверен, к чему ты склоняешься, но у меня было твердое намерение сделать все необходимое, чтобы заставить тебя передумать, если ты скажешь "нет".

Я протягиваю руку к ее заднице и крепко прижимаю к себе.

- Мой месяц начинается прямо сейчас, верно?

На её лице нет счастья.

- Твой месяц начинается сейчас, но и мой месяц тоже начался.

- Блядь.

У нее месячные?

- Боюсь, этого не будет по крайней мере три дня.

Я уже несколько месяцев хочу эту женщину и наконец получил от нее да, только для того, чтобы узнать, что мне придется подождать еще немного. Боги секса ненавидят меня. Черт возьми, презирают меня.

- Три дня. Я могу принять это, вероятно, не терпеливо, но я могу справиться с этим.

- Мы отвлечемся от этого работой по устройству лазарета. Из-за этого мы будем так заняты, что даже не будем думать о том, что первые три дня не проведем в постели, занимаясь безумным сексом.

К черту мою жизнь.

- Я буду думать об этом день и ночь, хотя бы по той причине, что ты назвала это безумным сексом.

Эллисон гладит меня по щеке.

- О, Док. Я слышала, что ожидание может быть фантастической формой прелюдии.

- А я слышал, что синие шары могут убить человека.

Перейти на страницу:

Все книги серии Грех

Очередной грех
Очередной грех

На протяжении трех месяцев Блю Макаллистер пытается скрыться от Синклера Брекенридж, но он находит её. Её бывший любовник, будущий лидер преступной организации, известной как Братство, сопротивляется своим чувствам к ней, и предпочитает наблюдать за своей любимой издалека. О чём она и понятия не имеет. Но вскоре ситуация полностью меняется. На его малышку ведется охота. Убийцы Абрама подбираются все ближе, и у него остается лишь одно решение, которое сможет уберечь Блю – сделать её своей женой. Кажется, что брак легко решит их проблему, но счастливое замужество длится недолго, когда они обнаруживают врагов за пределами Братства. Будет ли первоначальная месть стоить её сопутствующего ущерба?

Джорджия Кейтс

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Романы / Эро литература

Похожие книги

Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Царь славян
Царь славян

НАШЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ СЕМЬ ВЕКОВ!Таков сенсационный вывод последних исследований Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко в области хронологии и реконструкции средневековой истории. Новые результаты, полученные авторами в 2003–2004 годах, позволяют иначе взглянуть на место русского православия в христианстве. В частности, выясняется, что Русь была крещена самим Христом в XII веке н. э. А первый век от Рождества Христова оказывается XIII веком н. э. Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Предлагаемая реконструкция является пока предположительной, однако, авторы гарантируют точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга «Царь Славян» посвящена новой, полученной авторами в 2003 году, датировке Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструкции истории XII века, вытекающей из этой датировки. Книга содержит только новые результаты, полученные авторами в 2003 году. Здесь они публикуются впервые.Датировка эпохи Христа, излагаемая в настоящей книге, является окончательной, поскольку получена с помощью независимых астрономических методов. Она находится в идеальном соответствии со статистическими параллелизмами, что позволяет в целом завершить реконструкцию письменной истории человечества, доведя её до эпохи зарождения письменности в X–XI веках. Новый шаг в реконструкции всеобщей истории, изложенный в книге, позволяет совсем по-другому взглянуть на место русского православия в христианстве.Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и, в частности, не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Как отмечают авторы, предлагаемая ими реконструкция является пока предположительной. В то же время, авторы отвечают за точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга предназначена для самого широкого круга читателей, интересующихся историей христианства, историей Руси и новыми открытиями в области новой хронологии.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)

[b]Организация ИГИЛ запрещена на территории РФ.[/b]Эта книга – шокирующий рассказ о десяти днях, проведенных немецким журналистом на территории, захваченной запрещенной в России террористической организацией «Исламское государство» (ИГИЛ, ИГ). Юрген Тоденхёфер стал первым западным журналистом, сумевшим выбраться оттуда живым. Все это время он буквально ходил по лезвию ножа, общаясь с боевиками, «чиновниками» и местным населением, скрываясь от американских беспилотников и бомб…С предельной честностью и беспристрастностью автор анализирует идеологию террористов. Составив психологические портреты боевиков, он выясняет, что заставило всех этих людей оставить семью, приличную работу, всю свою прежнюю жизнь – чтобы стать врагами человечества.

Юрген Тоденхёфер

Документальная литература / Публицистика / Документальное