Microsoft смогла подготовить Windows 1.0 к выпуску только к осени 1985 года, да и тогда система требовала серьезных доработок. Ей не хватало элегантности интерфейса Macintosh, окна открывались мозаикой, а не перекрывали друг друга, как придумал Билл Аткинсон. Журналисты высмеивали Windows; покупатели плевались. Но, как это часто случалось с продукцией Microsoft, упорство сделало свое дело: постепенно Windows стал лучше, а потом и вовсе покорил рынок.

Джобс так и не простил Гейтсу обиды. «Они ободрали нас как липку, потому что у Гейтса нет ни стыда ни совести», — жаловался мне Стив почти тридцать лет спустя. Узнав об этом, Гейтс ответил: «Если он в это верит, значит, попал в собственное поле искажения реальности». С юридической точки зрения Гейтс был прав, и многочисленные судебные процессы это доказали. Да и в практическом смысле правда была на его стороне. Несмотря на то что Apple заключила сделку на право использования технологии Xerox PARC, другие компании неизбежно должны были выпустить похожие графические интерфейсы. Apple на своем примере убедилась, что «внешний вид и свойства» дизайна компьютерного интерфейса трудно защитить — как в юридическом, так и в практическом смысле.

Гнев Джобса можно понять. Apple была прогрессивнее, креативнее, изящнее в решениях и дизайне. Однако в итоге битву операционных систем выиграла Microsoft, несмотря на то что выпустила ряд недоработанных копий продукта. И это эстетический порок цивилизации в целом: лучшее и прогрессивное не всегда побеждает. Поэтому Джобс спустя десятилетие высказал мнение, в чем-то высокомерное и чересчур категоричное, но не лишенное доли истины: «Единственная беда Microsoft в том, что у них начисто отсутствует вкус, — рассуждал он. — Причем не в частном, а в общем смысле: они не стремятся к оригинальности, не работают над усовершенствованием продукта. Меня огорчает не успех Microsoft — это как раз нормально, они его честно заслужили. Меня огорчает, что они выпускают продукцию третьего сорта».

Глава 17. Икар. Чем выше взлет…

Взлет

С появлением Macintosh Джобс стал вхож в круги еще более знаменитых людей, и хороший пример тому — один его визит на Манхэттен. Его пригласили на вечеринку, которую Йоко Оно устраивала в честь дня рождения своего сына, Шона Леннона, и Джобс подарил девятилетнему имениннику Macintosh. Мальчику понравилось. Среди гостей были Энди Уорхол и Кит Харинг, которые очень вдохновились возможностями компьютера, так что развитию современного искусства грозил неожиданный поворот. «Боже! Я нарисовал круг!» — воскликнул Уорхол, немного посидев за программой QuickDraw. Уорхол настоял, чтобы такой компьютер подарили Мику Джаггеру. Когда Джобс и Билл Аткинсон появились в доме рок-звезды, Джаггер был явно озадачен. Он не очень хорошо понимал, кто это перед ним. Позднее Джобс рассказывал коллегам: «Он был явно не в себе. Это или наркотики, или он просто уже свихнулся». Зато его дочке Джейд компьютер сразу приглянулся, и она принялась рисовать в MacPaint, поэтому Джобс подарил Macintosh ей.

Джобс купил двухэтажную квартиру на самом верху престижного жилого комплекса «Сан-Ремо» на Манхэттене около Центрального парка и показывал ее Джону Скалли. Ремонтом занимался Джеймс Фрид из студии Йео Минь Пея, но из-за своей вечной одержимости каждой мелочью Джобс так и не въехал в эту квартиру, а позже продал ее Боно из U2 за 15 миллионов долларов. Он приобрел также особняк с четырнадцатью спальнями в испанском колониальном стиле в Вудсайде, на холмах над Пало-Альто, построенный в начале века медным магнатом. Туда Джобс переехал, но так и не обставил дом.

Его положение в Apple вновь укрепилось. Скалли не собирался урезать его полномочия, даже напротив: подразделения Lisa и Macintosh соединили, а Джобса поставили во главе. Взлет не смягчил его характер. Скорее наоборот. Его жестокая прямота сполна проявилась на памятном выступлении, когда он объяснял принципы слияния командам Lisa и Macintosh: все главные позиции должны занять руководители его группы Macintosh, а четверть сотрудников Lisa будут уволены. «Вы, ребята, провалились, — объявил он, глядя прямо на команду Lisa. — Вы — вторая лига. У нас здесь слишком много игроков второй и третьей лиги, поэтому мы сегодня отпускаем некоторых из вас, чтобы дать вам возможность поработать в родственных компаниях здесь в Долине».