Читаем Стихия полностью

Я уставилась в одну точку невидящим взглядом.

— Почему я? — спросила и вместо своего голоса услышала какой-то жалкий хрип. Мужчина подошел ближе и прошептал на ухо:

— Потому что ты предатель…

Тяжелая рука легла на мое плечо и слегка сжала его. Я попыталась выдернуться из хватки, но успокоилась, ощутив прохладное прикосновение к своему лицу. Услышала какие-то голоса, тихие и далекие.

Медленно, с опаской открыла глаза. Передо мной на корточках сидел Богдан, а рядом расположился Сеня, приложив ледяную ладонь к моему горячему лбу. Я огляделась: автобус был совершенно пустой. Ничего не понимаю, мы еще не должны приехать! Сеня, увидев, что я вроде как пришла в себя, убрал руку.

— Что с тобой, Ник? — с тревогой в голосе спросил Богдан. — Как ты себя чувствуешь?

А что, я похожа на больную?

— Где мы? — вместо ответа спросила я.

— Двадцатиминутная остановка, все вышли, Ян с Данилой пошли перекусить. Да ты-то как?

— А что ты спрашиваешь? — никак не въезжала я.

— Ты заснула, и тебе, видимо, снился какой-то кошмар, потому что ты часто вертела головой. Ты как будто хотела проснуться, но не могла. Напугала нас, блин! Я решил, что лучше надо тебя разбудить.

Ужас! Я, наверное, выглядела какая какая-нибудь припадочная истеричка, стыдно-то как. Спустя мгновение вспомнила свой жуткий кошмар. Это все-таки оказался сон, но, черт возьми, все было так реалистично! Так, Ника, надо просто успокоиться, дыши глубоко, думай о приятном.

— Ну так ты в порядке? — не унимался брат. Я придала лицу наиболее спокойное выражение.

— Да, все нормально. Это был просто отвратительный кошмар.

— Что тебе приснилось? — спросил Арсений.

— А не помню. Память явно решила вытеснить его, просто ощущение жуткое осталось, — соврала я. Лучше уж им не знать, что за бредовые картины роятся в воспаленном подсознании.

— Ладно, — успокоился Богдан, — хорошо, если так. И где эти двое шарахаются? Слона, что ли, на обед заказали?

— Я пойду подышу, — бросила я и выскочила из автобуса. Стало заметно прохладнее, у солнца уже не было шансов пробиться сквозь облака, а кофта осталась в автобусе. Ну и ладно, так даже лучше, надо взбодриться. Я шагала вдоль шумной автострады и припаркованных фур, пока не набрела на кафе, видимо, единственное в этой округе. Сквозь прозрачные стекла увидела Яна и Данилу и, открыв дверь со звоном колокольчика, подошла к их столику. Они одновременно оглянулись на звук и, увидев меня, улыбнулись.

— Садись, — любезно предложил Ян. — Истерика кончилась?

— Мне приснился очень плохой сон, — я поставила ударение на слове «очень».

— Что там такого жуткого было? — полюбопытствовал Данила, допивая черный кофе. Я крайне непринужденно пожала плечами.

— Не помню.

— Однако странная вы личность, сеньорита, — заметил Ян. — Есть хочешь?

— А пирожки тут съедобные?

— Не советую, — покачал головой Данила. — Может, шашлычку?

— Да ну его. Тогда лучше чай. И пончик с повидлом, — попросила я, потянувшись за кошельком. Данила изумленно на меня посмотрел.

— Ой, Ник, сиди, сейчас все будет, — отмахнулся он и направился к барной стойке.

— Ты вообще не помнишь, что тебе снилось? — с серьезным лицом спросил Ян. Я отрицательно помотала головой.

— А что, страшно было сидеть рядом с припадочной истеричкой? — усмехнулась я.

— Не то слово. Я только хотел тебя о чем-то спросить, а ты тут головой вертишь, разговариваешь…

— Я что-то сказала? — ужаснулась я. В жизни ни разу во сне не разговаривала.

— «Почему я?», — повторил Ян. — Ты сказала тихо, только я услышал. Насколько я понял по твоим словам, интонации и состоянию, ты снова себя в чем-то винила, прям во сне. Знаешь, Ник, по-моему, ты перебарщиваешь с самобичеванием, долго так тебе точно не протянуть.

Друг вечно кажется таким легкомысленным, что можно забыть, насколько он хорошо соображает в действительности.

— Я правда не помню, что мне приснилось, — заверила я парня и почувствовала приближающийся запах жареного пончика. Благодарно улыбнулась подошедшему Даниле.

— Спасибо.

— Ты еще даже не попробовала! Вдруг отравишься? Тогда уже не до благодарностей будет.

— Не бойся, не отравлюсь. Но, если я умру, это будет на твоей совести, — пригрозила я, усердно жуя пончик.

— Спасибо, мне стало легче. Ты, кстати, что в одной майке пришла? Закаляешься или просто тупанула? — заботливо осведомился парень.

— Почему же в одной майке, я еще в кроссовках и джинсах. Решила взбодриться. Не люблю спать в транспорте, но все время засыпаю и ничего не могу с этим поделать, — пожаловалась я.

— Давай мы будем тебя развлекать всю оставшуюся дорогу, — с энтузиазмом предложил Ян.

— Ага, и перепугаете всех пассажиров? Лучше уж я выпью несколько энергетиков, — я улыбнулась.

— Да тебе и одного хватит, с твоим-то дохлым телосложением, — практично заметил Данила, сегодня прямо одаривающий меня комплиментами. — Кстати, они тут дороже в полтора раза.

— Ладно, идемте, там Богдан уже возмущаться начинал, когда я уходила, — опомнилась я, уже стоя допивая чай.

— Ничего, растает, когда мы ему шашлычок притащим, — оптимистично ответил Данила.