Читаем Стихи полностью

Ручьи сбегают со стволов. Городовой надел накидку. Гурьба учащихся ослов Бежит за горничною Лидкой.

Собачья свадьба… Чахлый гром.

И два спасенья: бром и ром.

На потолке в сырой тени Уснули мухи. Сатанею… Какой восторг в такие дни Узнать, что шаху дали в шею!

И только к вечеру поймешь,

Что твой восторг – святая ложь…

Горит свеча. Для счета дней Срываю листик календарный Строфа из Бальмонта. Под ней: "Борщок, шнель-клопс и мусс янтарный".

Дрожу, как мокрая овца…

И нет конца, и нет конца! [1909] Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

НОЧНАЯ ПЕСНЯ ПЬЯНИЦЫ Темно… Фонарь куда-то к черту убежал! Вино Качает толстый мой фрегат, как в шквал… Впотьмах За телеграфный столб держусь рукой. Но, ах! Нет вовсе сладу с правою ногой: Она Вокруг меня танцует – вот и вот… Стена Всё время лезет прямо на живот. Свинья!! Меня назвать свиньею? Ах, злодей! Меня, Который благородней всех людей?! Убью! А, впрочем, милый малый, бог с тобой Я пью, Но так уж предназначено судьбой. Ослаб… Дрожат мои колени – не могу! Как раб, Лежу на мостовой и ни гу-гу… Реву… Мне нынче сорок лет – я нищ и глуп. В траву Заройте наспиртованный мой труп. В ладье Уже к чертям повез меня Харон… Adieu!* Я сплю, я сплю, я сплю со всех сторон.

* Прощайте! (франц.).– Ред. [1909] Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

ГОРОДСКАЯ СКАЗКА Профиль тоньше камеи, Глаза как спелые сливы, Шея белее лилеи И стан как у леди Годивы.

Деву с душою бездонной, Как первая скрипка оркестра, Недаром прозвали мадонной Медички шестого семестра.

Пришел к мадонне филолог, Фаддей Симеонович Смяткин. Рассказ мой будет недолог: Филолог влюбился по пятки.

Влюбился жестоко и сразу В глаза ее, губы и уши, Цедил за фразою фразу, Томился, как рыба на суше.

Хотелось быть ее чашкой, Братом ее или теткой, Ее эмалевой пряжкой И даже зубной ее щеткой!..

"Устали, Варвара Петровна? О, как дрожат ваши ручки!"Шепнул филолог любовно, А в сердце вонзились колючки.

"Устала. Вскрывала студента: Труп был жирный и дряблый. Холод… Сталь инструмента. Руки, конечно, иззябли.

Потом у Калинкина моста Смотрела своих венеричек. Устала: их было до ста. Что с вами? Вы ищете спичек?

Спички лежат на окошке. Ну, вот. Вернулась обратно, Вынула почки у кошки И зашила ее аккуратно.

Затем мне с подругой достались Препараты гнилой пуповины. Потом… был скучный анализ: Выделенье в моче мочевины…

Ах, я! Прошу извиненья: Я роль хозяйки забыла Коллега! Возьмите варенья,Сама сегодня варила".

Фаддей Симеонович Смяткин Сказал беззвучно: "Спасибо!" А в горле ком кисло-сладкий Бился, как в неводе рыба.

Не хотелось быть ее чашкой, Ни братом ее и ни теткой, Ни ее эмалевой пряжкой, Ни зубной ее щеткой! [1909] Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

ЛАБОРАНТ И МЕДИЧКИ

1

Он сидит среди реторт И ругается, как черт: "Грымзы! Кильки! Бабы! Совы! Безголовы, бестолковы Йодом залили сюртук, Не зак 1000 рыли кран… Без рук! Бьют стекло, жужжат, как осы. А дурацкие вопросы? А погибший матерьял? О, как страшно я устал!"

Лаборант встает со стула. В уголок идет сутуло И, издав щемящий стон, В рот сует пирамидон.

2

А на лестнице медички Повторяли те же клички: "Грымза! Килька! Баба! Франт! Безголовый лаборант… На невиннейший вопрос Буркнет что-нибудь под нос; Придирается, как дама,Ядовито и упрямо, Не простит простой ошибки! Ни привета, ни улыбки…"

Визг и писк. Блестят глазами, Машут красными руками: "О, несноснейший педант, Лаборашка, лаборант!"

3

Час занятий. Шепот. Тишь. Девы гнутся, как камыш, Девы все ушли в работы. Где же "грымзы"? Где же счеты? Лаборант уже не лев И глядит бочком на дев, Как колибри на боа. Девы тоже трусят льва: Очень страшно, очень жутко Оскандалиться не шутка!

Свист горелок. Тишина. Ноет муха у окна. Где Юпитер? Где Минервы? Нервы, нервы, нервы, нервы… [1909] Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

В ГОСТЯХ

(Петербург)

Холостой стаканчик чаю (Хоть бы капля коньяку), На стене босой Толстой.

Добросовестно скучаю

И зеленую тоску

Заедаю колбасой.

Адвокат ведет с коллегой Специальный разговор. Разорвись – а не поймешь!

А хозяйка с томной негой,

Устремив на лампу взор,

Поправляет бюст и брошь.

"Прочитали Метерлинка?" – "Да. Спасибо, прочитал…" – "О, какая красота!"

И хозяйкина ботинка

Взволновалась, словно в шквал.

Лжет ботинка, лгут уста…

У рояля дочь в реформ'е, Взяв рассеянно аккорд, Стилизованно молчит.

Старичок в военной форме

Прежде всех побил рекорд

За экран залез и спит.

Толстый доктор по ошибке Жмет мне ногу под столом. Я страдаю и терплю.

Инженер зудит на скрипке.

Примирясь и с этим злом,

Я и бодрствую, и сплю.

Что бы вслух сказать такое? Ну-ка, опыт, выручай! "Попрошу… еще стакан"…

Ем вчерашнее жаркое,

Кротко пью холодный чай

И молчу, как истукан. [1908] Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

ЕВРОПЕЕЦ

В трамвае, набитом битком,

Средь двух гимназисток, бочком, Сижу в настроеньи прекрасном.

Панама сползает на лоб.

Я – адски пленительный сноб, В накидке и в галстуке красном.

Пассаж не спеша осмотрев,