Читаем Стихи полностью

Кентуккских вод прохлада ключевая!С четверкой сорванцов к речной волнеСпешит малыш, от зноя изнывая,Здесь лозы льнут к деревьям в тишине,И у щеки лист лопуха ворситсяЛадошкой Навсикаи. Вновь во мнеСкупой слезинкой детство золотится,И, высохшие, ожили ручьиЛюбви и страха. Вновь былое длится,И дрозд, качнувший ветку в забытьи,Насторожил под деревом тюльпаннымПружину мокасиновой змеи…Тропа над плесом поросла бурьяном,С небес течет расплавленный свинец,И мы шагаем в полусне дурманном -Билл, Чарли, «ниггер» Лейн (его отецБыл врач), тиликавший на флейте ГарриИ Аллен - я - прославленный пловец.Сумах поник листвой, как на пожаре,Заждавшись подаянья облаков,И мы бредем в полуденном угареК воде, чей и в ночи не молкнет зов.Лейн закричал: «Передохнем немного!»И тут - глухою дробью - стук подков…Одиннадцать гнались по краю логаЗа тем, кто изнемог и был темнейЩербатых плит у старого порога.И как спешат подобием тенейЛунатики по скрошенным карнизам,Когда инстинкт всех навыков верней, Мы очутились у реки, и низомБрели, от страха проглотив язык,По узкой тропке над потоком сизым -Нам слух глазами стал. И вновь возникОтряд, но с ним не появился сноваТот, кто бежал. И я ослеп на миг, Увидев это воинство христово -Позором изнуренные тела…Потом тропа вдоль берега крутого Пошла ровней и к бухте привела.Мы на песок присели сиротливо,Вода рябой прохладою влекла. Но, словно водоросли в час прилива,Зашевелились волосы, и весьПоджался я, услышав, как с обрыва Слова скатились - горестная весть,Как будто горсточка земли упалаВ могилу: «Этот мертвый ниггер здесь».Шериф, на явор опершись устало,Травинку отломил не торопясьИ, ковырнув в зубах, отметил вяло: «Мы опоздали», - нехотя склонясьНад мертвецом остывшим, чью сорочкуКровь запятнала и сухая грязь. Слепень куснул удавленного в мочку.Шериф легонько голову носкомПодвинул, поместив ее на кочку. Друзья бежали под уклон гуськом,И я был рад их бегству. Вечерело.Подъехал всадник. Спешившись, рывком За ноги потянул большое тело.Набросив петлю на ступни, шерифК луке веревку привязал умело, Труп изогнулся, будто был он жив,Напрягся - словно леска со стремнинойСражалась, уступая… уступив… Шериф бранился, но тому причинойБыл не мертвец, а пыль, ее потокНад кавалькадой, мчавшей по пустынной Дороге в городок. Я здесь не могОстаться дотемна! По теплой пыли,Босой, я припустил, не чуя ног, Как жаба, прыгал через рвы, в бессильеХватая воздух ртом, а сам глядел,Как всадники к суду свой груз тащили - Труп, над которым, точно саван, рделЗакат, а пыль, клубясь, преображалаВ толпу три смутных тела. Я летел, И с каждым вздохом в грудь вонзались жала.Потом один стоял, а головаБезликая на площади лежала… Столь личная, когда была жива, -Отныне всем она принадлежала.Но плакала над нею лишь трава.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы
Тень деревьев
Тень деревьев

Илья Григорьевич Эренбург (1891–1967) — выдающийся русский советский писатель, публицист и общественный деятель.Наряду с разносторонней писательской деятельностью И. Эренбург посвятил много сил и внимания стихотворному переводу.Эта книга — первое собрание лучших стихотворных переводов Эренбурга. И. Эренбург подолгу жил во Франции и в Испании, прекрасно знал язык, поэзию, культуру этих стран, был близок со многими выдающимися поэтами Франции, Испании, Латинской Америки.Более полувека назад была издана антология «Поэты Франции», где рядом с Верленом и Малларме были представлены юные и тогда безвестные парижские поэты, например Аполлинер. Переводы из этой книги впервые перепечатываются почти полностью. Полностью перепечатаны также стихотворения Франсиса Жамма, переведенные и изданные И. Эренбургом примерно в то же время. Наряду с хорошо известными французскими народными песнями в книгу включены никогда не переиздававшиеся образцы средневековой поэзии, рыцарской и любовной: легенда о рыцарях и о рубахе, прославленные сетования старинного испанского поэта Манрике и многое другое.В книгу включены также переводы из Франсуа Вийона, в наиболее полном их своде, переводы из лириков французского Возрождения, лирическая книга Пабло Неруды «Испания в сердце», стихи Гильена. В приложении к книге даны некоторые статьи и очерки И. Эренбурга, связанные с его переводческой деятельностью, а в примечаниях — варианты отдельных его переводов.

Реми де Гурмон , Шарль Вильдрак , Андре Сальмон , Хуан Руис , Жан Мореас

Поэзия