Читаем Стихи полностью

Я присутствую при встрече Двух времен и двух высот, И колючий снег на плечи Старый Цее мне кладет. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

МЕЛЬНИЦА В ДАРГАВСКОМ УЩЕЛЬЕ Все жужжит беспокойное веретено То ли осы снуют, то ли гнется камыш,Осетинская мельница мелет зерно, Ты в Даргавском ущелье стоишь.

Там в плетеной корзине скрипят жернова, Колесо без оглядки бежит, как пришлось, И, в толченый хрусталь окунув рукава, Белый лебедь бросается вкось.

Мне бы мельника встретить: он жил над рекой, Ни о чем не тужил и ходил по дворам, Он ходил - торговал нехорошей мукой, Горьковатой, с песком пополам. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

ДАГЕСТАН Я лежал на вершине горы, Я был окружен землей. Заколдованный край внизу Все цвета потерял, кроме двух: Светло-синий, Светло-коричневый там, Где по синему камню писало перо Азраила. Вкруг меня лежал Дагестан.

Разве гадал я тогда, Что в последний раз Читаю арабские буквы на камнях

горделивой земли? Как я посмел променять

на чет и нечет любови Разреженный воздух горы?

Чтобы здесь В ложке плавить на желтом огне Дагестанское серебро? Петь: "Там я жил над ручьем, Мыл в ледяной воде Простую одежду мою"? Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

КОМИТАС Ничего душа не хочет И, не открывая глаз, В небо смотрит и бормочет, Как безумный Комитас.

Медленно идут светила По спирали в вышине, Будто их заговорила Сила, спящая во мне.

Вся в крови моя рубаха, Потому что и меня Обдувает ветром страха Стародавняя резня.

И опять Айя-Софии Камень ходит предо мной, И земля ступни босые Обжигает мне золой.

Лазарь вышел из гробницы, А ему и дела нет, Что летит в его глазницы Белый яблоневый цвет.

До утра в гортани воздух Шелушится, как слюда, И стоит в багровых звездах Кривда Страшного суда. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

ДОЖДЬ В ТБИЛИСИ Мне твой город нерусский Все еще незнаком,Клен под мелким дождем, Переулок твой узкий,

Под холодным дождем Слишком яркие фары, Бесприютные пары В переулке твоем,

По крутым тротуарам Бесконечный подъем. Затерялся твой дом В этом городе старом.

Бесконечный подъем, Бесконечные спуски, Разговор не по-русски У меня за плечом.

Сеет дождь из тумана, Капли падают с крыш. Ты, наверное, спишь, В белом спишь, Кетевана?

В переулке твоем В этот час непогожий Я - случайный прохожий Под холодным дождем,

В этот час непогожий, В час, покорный судьбе, На тоску по тебе Чем-то страшно похожий. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

* * * Ты, что бабочкой черной и белой, Не по-нашему дико и смело, И в мое залетела жилье, Не колдуй надо мною, не делай Горше горького сердце мое.

Чернота, окрыленная светом, Та же черная верность обетам И платок, ниспадающий с плеч. А еще в трепетании этом Тот же яд и нерусская речь. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

25 ИЮНЯ 1935 Хорош ли праздник мой, малиновый иль серый, Но все мне кажется, что розы на окне, И не признательность, а чувство полной меры Бывает в этот день всегда присуще мне. А если я не прав, тогда скажи - на что же Мне тишина 1000 травы и дружба рощ моих, И стрелы птичьих крыл, и плеск ручьев, похожий На объяснение в любви глухонемых? Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

* * * Отнятая у меня, ночами Плакавшая обо мне, в нестрогом Черном платье, с детскими плечами, Лучший дар, не возвращенный богом,

Заклинаю прошлым, настоящим, Крепче спи, не всхлипывай спросонок, Не следи за мной зрачком косящим, Ангел, олененок, соколенок.

Из камней Шумера, из пустыни Аравийской, из какого круга Памяти - в сиянии гордыни Горло мне захлестываешь туго?

Я не знаю, где твоя держава, И не знаю, как сложить заклятье, Чтобы снова потерять мне право На твое дыханье, руки, платье. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

ИГНАТЬЕВСКИЙ ЛЕС Последних листьев жар

сплошным самосожженьем Восходит на небо, и на пути твоем Весь этот лес живет

таким же раздраженьем, Каким последний год и мы с тобой живем.

В заплаканных глазах отражена дорога, Как в пойме сумрачной кусты отражены. Не привередничай, не угрожай,

не трогай, Не задевай лесной наволгшей тишины.

Ты можешь услыхать дыханье старой жизни: Осклизлые грибы в сырой траве растут, До самых сердцевин их проточили слизни, А кожу все-таки щекочет влажный зуд.

Все наше прошлое похоже на угрозу Смотри, сейчас вернусь, гляди,

убью сейчас! А небо ежится и держит клен, как розу,Пусть жжет еще сильней! - почти у самых глаз. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.

* * * Если б, как прежде, я был горделив, Я бы оставил тебя навсегда; Все, с чем расстаться нельзя ни за что, Все, с чем возиться не стоит труда,Надвое царство мое разделив.

Я бы сказал:

- Ты уносишь с собой Сто обещаний, сто праздников, сто Слов. Это можешь с собой унести.