Читаем Стихи полностью

ЭХО Что такое случилось со мною? Говорю я с тобой одною, А слова мои почему-то Повторяются за стеною, И звучат они в ту же минуту В ближних рощах и дальних пущах, В близлежащих людских жилищах И на всяческих пепелищах, И повсюду среди живущих. Знаешь, в сущности, это не плохо! Расстояние не помеха Ни для смеха и ни для вздоха. Удивительно мощное эхо. Очевидно, такая эпоха! 1955 Леонид Мартынов. Первородство. Книга стихов. Москва: Молодая гвардия, 1965.

КОСТЕР Чего только не копится В карманах пиджака За целые века...

А лето, печь не топится... Беда не велика, Беда не велика.

И я за Перепелкино, Туда за Перепалкино, За Елкино, за Палкино, За Колкино-Иголкино Помчусь в сосновый бор И разведу костер.

И выверну карманы я, И выброшу в костер, Все бренное, обманное Обрывки, клочья, сор.

И сам тут ринусь в пламень я, Но смерти не хочу, А попросту ногами я Весь пепел растопчу.

Пусть вьется он и кружится, Пока не сгинет с глаз. Вот только б удосужиться, Собраться как-то раз. Леонид Мартынов. Первородство. Книга стихов. Москва: Молодая гвардия, 1965.

ОЛИВА Олива, Олива, Олива! Тяжелые ветви вздымая, Она не стоит молчаливо Она ведь не глухонемая!

Конечно, Какое-то в мире Творится неблагополучье, И слышатся шумы в эфире, Как будто Ломаются Сучья. Ломаются Сучья оливы И хлещут по стенам и крышам, Как будто бы дальние взрывы Мы слышим, Хотя и не слышим.

В пустыне, Гудящей от зноя, Петролеум плещет бурливо, Но все же Не что-то иное Нам слышится шелест оливы!

Моря, За морями Проливы, Каналы, ворота и шлюзы, В пакгаузах копятся грузы... И слышится шелест оливы.

О шелест Оливы цветущей!

Им полон, то реже, то чаще, И этот хрипящий, поющий, Бормочущий, свищущий ящик.

И люди Почти что не дышат, У ящика ночью уселись, И слышат, Конечно же, слышат, Оливы прельстительный шелест.

Ведь Сколько ее ни рубили И сколько ее ни пилили, А все же Ее не сгубили, А все же Ее не свалили! Леонид Мартынов. Первородство. Книга стихов. Москва: Молодая гвардия, 1965.

КОРЕНЬ ЗЛА Вот он, корень, Корень зла! Ох, и черен Корень зла.

Как он нелицеприятно Смотрит с круглого стола, Этот самый корень зла!

- Надо сжечь его до тла, Чтоб исчез он безвозвратно!

- Ну, а если не поможет И опасность лишь умножит Ядовитая зола?

Побоялись уничтожить!

И опять колокола Бьют тревожно и набатно, И скорбей не подытожить, И отрава садит пятна На болящие тела.

Неужели же обратно Закопают Корень зла? Леонид Мартынов. Первородство. Книга стихов. Москва: Молодая гвардия, 1965.

* * * Х 1000 удожник Писал свою дочь, Но она, Как лунная ночь, Уплыла с полотна.

Хотел написать он Своих сыновей, Но вышли сады, А в садах Соловей.

И дружно ему закричали друзья: - Нам всем непонятна манера твоя!

И так как они не признали его, Решил написать он Себя самого.

И вышла картина на свет изо тьмы... И все закричали ему: - Это мы! 1954 Леонид Мартынов. Первородство. Книга стихов. Москва: Молодая гвардия, 1965.

* * * И вскользь мне бросила змея: У каждого судьба своя! Но я-то знал, что так нельзя Жить извиваясь и скользя. 1949 Леонид Мартынов. Первородство. Книга стихов. Москва: Молодая гвардия, 1965.

ВОЗДУШНЫЕ ФРЕГАТЫ Померк багряный свет заката, Громада туч росла вдали, Когда воздушные фрегаты Над самым городом прошли.

Сначала шли они как будто Причудливые облака, Но вот поворотили круто Вела их властная рука.

Их паруса поникли в штиле, Не трепетали вымпела. Друзья, откуда вы приплыли, Какая буря принесла?

И через рупор отвечали Мне капитаны с высоты: - Большие волны их качали Над этим миром. Веришь ты

Внизу мы видим улиц сети, И мы беседуем с тобой, Но в призрачном зеленом свете Ваш город будто под водой.

Пусть наши речи долетают В твое открытое окно, Но карты! Карты утверждают, Что здесь лежит морское дно.

Смотри: матрос, лотлинь распутав, Бросает лот во мрак страны. Ну да, над нами триста футов Горько-соленой глубины. Леонид Мартынов. Первородство. Книга стихов. Москва: Молодая гвардия, 1965.

БОГАТЫЙ НИЩИЙ От города не отгороженное Пространство есть. Я вижу, там Богатый нищий жрет мороженое За килограммом килограмм.

На нем бостон, перчатки кожаные И замшевые сапоги. Богатый нищий жрет мороженое... Пусть жрет, пусть лопнет! Мы - враги! 1949 Строфы века. Антология русской поэзии. Сост. Е.Евтушенко. Минск-Москва, "Полифакт", 1995.

ИМЕНА МАСТЕРОВ Гении Старого зодчества Люди неясной судьбы! Как твое имя и отчество, Проектировщик избы, Чьею рукою набросана Скромная смета ее?

С бревен состругано, стесано Славное имя твое! Что же не врезал ты имени Хоть в завитушки резьбы?

Господи, сохрани меня! Разве я жду похвальбы: Вот вам изба, божий рай - и все! Что вам до наших имен?

Скромничаешь, притворяешься, Зодчий забытых времен, Сруба творец пятистенного, Окон его слюдяных, Ты, предваривший Баженова, Братьев его Весниных! 1967 Русская советская поэзия. Под ред. Л.П.Кременцова. Ленинград: Просвещение, 1988.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия