Читаем Стихи полностью

Величанный в литургиях голосистыми попами,С гайдуком, со звоном, с гиком мчится в страшный Петербург,По мостам, столетьям, верстам мчится в прошлое, как в память,И хмельной фельдъегерь трубит в крутень пустозвонных пург.Самодержец Всероссийский… Что в нем жгло? Какой державеСей привиделся курносый и картавый самодур?Или скифские метели, как им приказал Державин,Шли почетным караулом вкруг богоподобных дур?Или, как звездой Мальтийской, он самой судьбой отравлен?Или каркающий голос сорван только на плацу?Или взор остервенелый перекошен в смертной травле?Или пудреные букли расплясались по лицу?О, еще не все разбито! Бьет судьбу иная карта!Встанет на дыбы Европа ревом полковых музык!О, еще не все известно, почему под вьюгой мартаОн Империи и Смерти синий высунул язык!

1922

Строфы века. Антология русской поэзии. Сост. Е. Евтушенко. Минск-Москва, «Полифакт», 1995.

«Склад сырых неструганых досок…»

Склад сырых неструганых досок.Вороха не припасенных в зимах,Необдуманных, неотразимыхСлов, чей смысл неясен и высок.В пригородах окрик петушиный.Час прибытья дальних поездов.Мир, спросонок слышимый как вздох.Но уже светло. Стучат машины.Облако, висящее вверху,Может стать подобьем всех животных.Дети просыпаются. Живет в нихСтрасть — разделать эту чепухуПод орех и в красках раздраконить,Чтоб стояли тучи, камни, сны,Улицы, товарищи, слоны,Бабушки, деревья, книги, кони…Чтобы стоили они затрат,Пущенных на детство мирозданьем,Чтобы жизнь выплачивала дань им,Увеличенную во сто крат.Нетерпенье! Это на задворкахМира, где царил туберкулез,Где трясло дома от женских слез,Доблесть молодых и дальнозорких.Нетерпенье! Это в жилах рудЧернота земной коры крутая.Вся земля от Андов до Алтая,Где владыкой мира станет труд.Лагерь пионеров. Трудный выдохГлотки, митингующей навзрыд.Край, который начерно разрыт.Сон стеблей, покуда еле видных.Звон впервые тронутой струныГде-то на дощатой сцене в клубе.Нетерпенье — это честолюбьеОкруженной войнами страны.

1932

Павел Антокольский. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Большая серия. Ленинград: Советский писатель, 1982.

ВСТАНЬ, ПРОМЕТЕЙ!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Ваан Сукиасович Терьян , Александр Степанович Грин , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза