Читаем Степной дракон полностью

– Сгною, шкуру заживо спущу… – принялся угрожать тот. Басмач вернул кляп на место. Связанный и с порезом на ноге, начальник мычал и рычал сквозь тряпку, грозя всевозможными карами. Бородача это волновало мало.

– Не правильный ответ. – Нож снова вошел в ногу, пробив ее насквозь и чиркнув острием по полу. Налившееся кровью лицо приобрело совсем уж свекольный цвет, хоть прям сейчас в борщ. А Басмач от борща бы ох как не отказался. Но, не до этого.

– Повторяю вопрос: пацан, тонкий и длинный как жердь. – Нож с хрустом провернулся в ране. Главарь выгнулся дугой, зашелся в крике. Голова с кляпом активно закивала. Басмач, прекратив проворачивать штык, вынул кляп.

– Скажу… – задыхался главарь, – все скажу. Он у Шелли, у нашей богини. Я жрец…

– Где эта Шелли? – Перспектива поручкаться с местной богиней одновременно воодушевляла и пугала.

– На ар-рене, – едва выплюнул жрец, – только уже поздно. Она сожрала его! – Жрец зашелся в булькающем кашле, смеялся и кривился от боли в ноге. Басмач поймал мотающуюся из стороны в сторону физиономию жреца, от души законопатил кляп, вырвал нож из ноги. И тюкнул того рукоятью по голове. Жрец сразу обмяк.

– Полежи дружок. Оставлю тебя Марату. Ох, рад будет очкарик.

Басмач летел по коридору, он сейчас находился в дальней части дворца, и входы на арену были еще довольно далеко. Широкий коридор здесь делал плавный поворот, затем уткнувшись в высокую дверь. В проходе лежало тело, утыканное стрелами как ёж иглами. Маратовцы явно перестарались с расходом боеприпасов. В дверь с сухим стуком ударило. Арбалетный болт, короткий и толстый, торчал из дерева. Басмач, пригнувшись, нырнул под защиту дубовой створки. Быстро выглянул из укрытия. Так и есть: один явно из местных, такой же разукрашенный, как жрец, натягивал козьей ножкой подобие пружинного арбалета, внешне уж сильно смахивающего на двуствольное ружье.

– Как же прогресс шагнул, а… – обеспокоенно заметил бородач, втягивая утыканный стрелами труп и заклинивая створку двери подвернувшимся стулом. Эту дверь даже ломать не требуется, достаточно по кругу арену оббежать. Под телом оказался мачете. Такой же был у Марата. Басмач примерился к новому приобретению, махнул раз-другой. Решил что сойдет, и побежал дальше. Чтобы попасть на арену, требовалось спуститься на один этаж ниже.

На широком лестничном марше, с массивными дубовыми перилами, вповалку лежало несколько трупов. Одного Басмач узнал как маратовца. Тогда он все время тер переносицу, а теперь лежал с наискось разваленным горлом от уха до грудины. Однако, судьба.

Этажом ниже, группа Марата усыпала мертвецами чуть не весь лестничный марш, правда сплошь местными. Путь Басмача поразительно совпадал с дорогой из трупов. Он просто шел на шум бойни. Впереди показалась еще одна высокая дверь, и у нее пять или шесть оборонявшихся туземцев активно отмахивались от наседавших маратовцев. Бой грозил перерасти в позиционный, затяжной, а этого не следовало допускать. Пригибаясь от свистящих болтов и вихляя среди хлама, Басмач с ходу выпустил все четыре патрона картечи из дробовика. Туземцев как метлой смело, густо заляпав когда-то красивую дубовую дверь чьими-то мозгами. Этой группой командовал уже знакомый Индеец. Марат ушел по другому коридору.

Аборигены не желали сдаваться и рубились до последнего. Большая баррикада, из мебели и непонятного хлама, чуть не до самого потолка, образовалась посреди перехода. Где-то прямо за ней, насколько помнил Басмач, уже располагались выходы на арену. Стальные болты с визгом рикошетили от стен, Басмач и оставшиеся маратовцы укрылись за выступами и колоннами. Местные, постреливая из пружинных стрелометов, засели всерьез и надолго.

– Надо обойти, – Индеец скомандовал кому-то из своих. Низкорослый и смуглый не парень, скорее уже мужик за тридцать, отлепился от стены, рванул куда-то в бок и тут же упал со стрелой в лопатке. Он был еще жив, но стальные спицы с негромким «чавк» довершили начатое. Басмач, присев за колонной, раздумывал не долго. Достал из кармана плаща брикет в желтой бумаге, взвесил в руке, жаль, гранат нет. Бородач свистнул, привлекая внимание Индейца, и тут же заточенный штырь сковырнул штукатурку у самого носа, хлестнув жестким оперением из пластиковой бутылки по щеке. Лучник из маратовцев не спал, щелкнула тетива, и там, за баррикадой, вскрикнули.

Басмач стер сочащуюся кровь и показал Индейцу динамит, но тот не понял. Тогда бородач, насколько мог, изобразил руками взрыв. Пантомима никогда не была сильной его стороной, но командир лучников выпучил глаза, вдруг догадавшись, и закивал. Индеец что-то затараторил, мешая русские и казахские слова. Басмач откусил фитиль, укоротив его до размера указательного пальца. Чиркнул зажигалкой, фитиль тут же зашипел. Не теряя времени, Басмач швырнул брикет как можно дальше за баррикаду, и повалился на землю, раскрыв рот и прикрыв голову.