Читаем Стены молчания полностью

Я повернулся. Кэрол стояла в тени. Она подошла ко мне, на ней было то же платье, что и на похоронах Джей Джея. Аккуратно уложенные волосы светились, как в рекламе шампуня-кондиционера. Если бы это был настоящий монастырь, она являла бы угрозу для принявших монашеский обет.

Я поцеловал ее в губы. Они еле шевельнулись в ответ.

Я кивнул в сторону монастыря.

— Приятное местечко, — сказал я. — Что заставило тебя выбрать его?

— Оно было поблизости, — рассеянно ответила она, глядя в сторону монастыря.

Поблизости? Канада была ближе к Уолл-стрит, чем это место.

Кэрол села на деревянную скамейку, я опустился рядом.

Она пристально смотрела на двор. В ярком солнечном свете каждый лепесток синих и желтых цветков четко выделялся. Здесь текла тихая размеренная жизнь. Даже ветерок не мог залететь в эту чашу безмятежности. Моей маме понравилось бы это место. Она знала названия всех цветов, их полные латинские названия. Она могла бы вести с монахами беседы об античности, прогуливаясь по саду и восхищаясь творениями Господа. Возможно, их охватывала бы гордость за таланты человека. Конечно, этот сад не мог быть разбит здесь более чем шестьдесят лет назад, но он был наполнен вечностью ушедших лет.

Кэрол ритмично раскачивалась, как тогда, в своей квартире. Она потирала руки, словно мыла их. У нее были обгрызены ногти, и на тыльной стороне ладоней были царапины.

— Парень, который умер? — сказала она.

— Эрни Монкс.

— Да, он. — Она стала снова потирать руки, а потом вцепилась в край скамейки, — Что с ним произошло? Ну, может быть, это не так уж и важно, просто я преувеличиваю. — Она выглядела, как человек, который сел не на тот автобус, стесняется попросить водителя остановиться и поэтому едет до следующей остановки.

— Да расскажи же, и мы разберемся.

— Джей Джей знал его.

— Знал Эрни Монкса?

— М-да.

— Я так не думаю. Эрни как-то говорил мне, что не знает Джей Джея.

— Они знали друг друга, — убедительно повторила Кэрол. Но она наверняка ошибалась.

Я лишь отрицательно покачал головой:

— Мы с Джей Джеем часто говорили о людях из «Клэй и Вестминстер», и об Эрни в том числе. В особенности об Эрни — он был экстравагантным человеком. Джей Джей никогда не говорил, что встречался с ним. Ведь не было никаких причин, чтобы скрывать это?

— Возможно, была причина. Я не думаю, что Эрни Монкс особо любил Джей Джея. По-моему, они не нравились друг другу.

— Эрни никогда ничего подобного не говорил. Он знал, что произошло с Джей Джеем, знал, что я был там. Но он никогда ничего не говорил, Кэрол.

— Эрни знал Джей Джея, — она колебалась. — Они встречались друг с другом, — сказала она, — и сильно спорили.

— Когда? О чем?

— Я не уверена, возможно, об Индии, они использовали такие слова… Чак Кранц тоже использовал их. И ты. «Бадла» было одним из них. Я не знаю, Фин, я чувствую себя такой тупой. Но Джей Джей умер… Этот Бомбей… И теперь еще Эрни Монкс. Мне просто надо было выговориться. Я надеялась, что во всем этом появится смысл. Но он не появился. Забудь, что я говорила.

— Ты была там, когда произошел этот спор?

— Чего ты хочешь?

— Либо ты была там, либо кто-то рассказал тебе об этом.

— Да, по-моему, так и было. — Кэрол казалась раздраженной. Она хотела закрыть тему, но ее слова все еще звенели у меня в ушах, как назойливая муха, которая никак не желала улетать.

Я не хотел заканчивать этот разговор:

— Ну так что? Ты была там или кто-то тебе рассказал?

— Да что с тобой, Фин? Я не твой чертов свидетель. — Кэрол сняла черные очки и вытерла их о рубашку.

— Ты попросила меня прийти сюда.

— Лучше бы я этого не делала.

— Хорошо, что ты сделала это. Мне кажется, то, что ты сказала, очень важно. Я еще не знаю почему, но думаю, что это важно.

— Они встретились, вот и все. Они спорили. Люди встречаются и спорят все время. Здесь нет ничего такого. Кроме того, что Джей Джей совершил самоубийство, а у Эрни Монкса был сердечный приступ.

— Я не думаю, что Эрни умер от сердечного приступа. Но даже если это так и было, то это абсолютно неверное объяснение причины его смерти.

Я рассказал Кэрол о том, что видел в его ванной. Она прикрыла рукой рот.

— Господи, это ужасно, — она положила руку на мое колено. — Ты был там, ты это сам видел? — прошептала она.

Я кивнул.

— Боже, как ужасно! — Секунду она выглядела сбитой с толку. Но потом как будто решилась на что-то. — Я была там, — сказала Кэрол. — Я имею в виду, я присутствовала при споре Джей Джея и Эрни Монкса.

— В офисе «Джефферсон Траст»?

— Нет. В квартире Джей Джея.

Это было каким-то безумием.

— Эрни встречался с Джей Джеем в его квартире?! А ты? Это какая-то бессмыслица. Что это была за встреча?

— Эрни Монкс не знал, что я была там.

Мне чего-то недоставало. Картинка из точек была так близка. Пару шагов в сторону. Но понять, что изображено, все еще было невозможно.

— Я пряталась в спальне, пока Эрни и Джей Джей спорили в гостиной.

Теперь я увидел картинку. Точки исчезли.

Кэрол вздохнула:

— Я и Джей Джей были любовниками.

Перейти на страницу:

Все книги серии Интеллектуальный детектив

Похожие книги

Другая правда. Том 1
Другая правда. Том 1

50-й, юбилейный роман Александры Марининой. Впервые Анастасия Каменская изучает старое уголовное дело по реальному преступлению. Осужденный по нему до сих пор отбывает наказание в исправительном учреждении. С детства мы привыкли верить, что правда — одна. Она? — как белый камешек в куче черного щебня. Достаточно все перебрать, и обязательно ее найдешь — единственную, неоспоримую, безусловную правду… Но так ли это? Когда-то давно в московской коммуналке совершено жестокое тройное убийство родителей и ребенка. Подозреваемый сам явился с повинной. Его задержали, состоялось следствие и суд. По прошествии двадцати лет старое уголовное дело попадает в руки легендарного оперативника в отставке Анастасии Каменской и молодого журналиста Петра Кравченко. Парень считает, что осужденного подставили, и стремится вывести следователей на чистую воду. Тут-то и выясняется, что каждый в этой истории движим своей правдой, порождающей, в свою очередь, тысячи видов лжи…

Александра Маринина

Детективы / Прочие Детективы
Камея из Ватикана
Камея из Ватикана

Когда в одночасье вся жизнь переменилась: закрылись университеты, не идут спектакли, дети теперь учатся на удаленке и из Москвы разъезжаются те, кому есть куда ехать, Тонечка – деловая, бодрая и жизнерадостная сценаристка, и ее приемный сын Родион – страшный разгильдяй и недотепа, но еще и художник, оказываются вдвоем в милом городе Дождеве. Однажды утром этот новый, еще не до конца обжитый, странный мир переворачивается – погибает соседка, пожилая особа, которую все за глаза звали «старой княгиней». И еще из Москвы приезжает Саша Шумакова – теперь новая подруга Тонечки. От чего умерла «старая княгиня»? От сердечного приступа? Не похоже, слишком много деталей указывает на то, что она умирать вовсе не собиралась… И почему на подруг и священника какие-то негодяи нападают прямо в храме?! Местная полиция, впрочем, Тонечкины подозрения только высмеивает. Может, и правда она, знаменитая киносценаристка, зря все напридумывала? Тонечка и Саша разгадают загадки, а Саша еще и ответит себе на сокровенный вопрос… и обретет любовь! Ведь жизнь продолжается.

Татьяна Витальевна Устинова

Детективы / Прочие Детективы