Читаем Стенка на стенку полностью

И она появилась. Девушка была в легком прозрачном пеньюаре, через который просвечивало молодое гибкое тело. Но вместо волшебной стрелы она держала в руках небольшой поднос, на котором стояла запотевшая бутылка шампанского и два высоких бокала. На мгновение Филат и вправду ощутил себя Иваном-царевичем, готовым броситься искать по углам лягушачью кожу.

Девушка прошлась по комнате. В полупрозрачном одеянии она чувствовала себя так же уверенно, как светская дама в вечернем платье.

– Как тебя зовут? – спросил Филат, когда она опустилась в кресло напротив него и из-под дымчатой ткани показалась крепкая полноватая ляжка. – Ах, да, Глашенька! Мне так кажется, тебе больше подошло бы какое-нибудь сказочное имя.

– Например? – девушка охотно подхватила игру.

– Ну, скажем, Елена Прекрасная, – в тон ей отвечал Филат.

Глашенька восторженно захлопала ресницами.

– Как это замечательно, мне никто никогда не делал такого комплимента!

Присмотревшись, Филат понял, что его гостья совсем молоденькая, если не сказать юная. Если бы не губы, раскрашенные в ярко-вишневый цвет, она могла бы вполне сойти за восьмиклассницу.

– А если бы ты не была Еленой Прекрасной, я мог бы подумать, что ты сбежала из гарема какого-нибудь султана.

Девушка заливисто рассмеялась.

– Если я откуда-то и сбежала, так только из хореографического училища.

Мне было там так не интересно! – Она капризно наморщила губы. – От упражнений на этих дурацких станках у меня все время болело вот здесь. – И Глашенька невинно погладила ладонью в паху. – А потом от прыжков очень кружится голова.

Девушка говорила так, как будто они были давно знакомы, даже тон ее был какой-то доверительно-интимный. Словно встретились старые друзья и решили в легкой болтовне провести время.

– И много здесь у вас девушек из хореографического училища? – так же по-приятельски поинтересовался Филат.

– Хватает! – В этот раз ответ прозвучал несколько скромнее.

Глазки потуплены, ресницы прикрыты, Филат готов был бы поверить в то, что перед ним невинная школьница, если бы не вызывающе голое тело и откровенная поза: ноги широко расставлены, грудь навыкат…

Оставалось только гадать, откуда у нее такая неподдельная искренность – то ли знак профессионализма, то ли врожденное качество. Филат нисколько бы не удивился, если б девушка начала рассказывать о том, какой она выдержала серьезный вступительный экзамен, прежде чем попасть в этот «отель». Но неожиданно она поинтересовалась:

– А что вы любите?

Этот вопрос прозвучал так же естественно, как будто его задала пятилетняя девчушка.

– В каком смысле? – не понял Филат.

– В смысле удовольствия, – профессионально улыбнулась Глашенька и легким движением руки сбросила пеньюар, который воздушной волной мягко опустился на паркет. Филат жадно оглядывал юное, но вполне развившееся тело: крупные грушевидные груди с темно-коричневыми сосками, узкую талию, чуть выпуклый мягкий живот и широкие бедра с пушистым треугольным островком волос в паху.

Филат, вспомнив свои встречи с московскими проститутками, решил, что рассчитываться надо вперед. Он запустил руку во внутренний карман куртки, выудил бумажник и достал пару стодолларовых банкнот.

Глашенька не скрывала удовольствия. В глазах у нее зажегся алчный огонек: сразу стало ясно, что перед ним. сидит не такое уж невинное существо, каким она хотела казаться. Она слизнула с его руки бумажки и положила их на стол.

– Не предложите ли выпить в честь нашего знакомства, Роман Иванович?

– Ты знаешь, как меня зовут, Глаша? – удивился Филат. Было от чего насторожиться.

– Конечно, меня же предупредили, что вы очень важный гость.

В ее словах чувствовалась гордость, точно такая, какая бывает у завсегдатая ипподрома, поставившего все деньги на темную лошадку и сорвавшего главный приз Все проститутки удивительно похожи друг на друга даже если имеют лицо мадонны, – их выдают глаза. При виде денег они сверкают, как угли в темноте.

Ему не раз приходилось пользоваться услугами жриц коммерческой любви, знавал он таких, чьи ласки стоили так же дорого, как ужин в «Метрополе». Но всех их роднил именно алчный блеск в глазах.

Филат откупорил бутылку шампанского. Весело забулькал в высоких бокалах игристый напиток.

– За тебя! – Филат взялся за длинную хрустальную ножку.

Глашенька плавно вытянула руку с бокалом, хрустальные края соприкоснулись, наполнив на мгновение комнату мелодичным звоном.

Едва пригубив, он поставил бокал на стол.

– Я тебе не нравлюсь, – надула губы девушка.

– Нет, что ты! – запротестовал Филат.

– Тебе не понравился мой пеньюар? – улыбнулась Глашенька. – Я могу переодеться. Хочешь, надену строгий костюм. Многим мужчинам нравится.

– Нет, оставайся как есть.

Филат протянул руку к Глашеньке и та, не заставляя себя упрашивать, прижалась к нему жаркими грудями, а ее проворные пальчики принялись быстро расстегивать пуговки у него на рубашке. Она умело сорвала с Филата рубашку, а он тем временем снял брюки и присел на широкую кровать. Глашенька откинула покрывало и юркнула под одеяло, взглядом приглашая его последовать за ней.