– Вот как? И этой ерундой ты хочешь остановить кабана во время гона? – Гаврилов опять продемонстрировал белоснежные зубы. – В таких случаях говорят, что вино ударило в голову. А что тебе ударило в голов Моча?

Рита взмахнула рукой, и бутылка камнем полетела в Андрея.

Продемонстрировав отменную реакцию, Гаврилов отпрянул в сторону, и бутылка с грохотом разнесла двухметровое зеркало у противоположной стены. Вино забрызгало потолок и лужей расползлось на паркете.

– Ай-яй-яй! И ты подняла руку на человека, который владеет половиной Санкт-Петербурга! Ну и глупа же ты, крошка! А теперь вот что я тебе скажу… – Лицо Андрея исказила злая гримаса. – Ты напрасно думаешь, что я буду бегать за тобой с обнаженным членом по всему дому. Брачные игры закончились! Теперь, если хочешь жить, ты сама должна доставить мне радость… Как это бывало прежде. – Он поднял с пола длинный осколок бутылочного горлышка. – Если ты не веришь в серьезность моих намерений, то для начала я готов расписать твое личико вот этой штукой. А теперь подними свое платьице. – Гаврилов приблизил осколок к горлу девушки и угрожающе произнес:

– Ну?

– Ты псих! – Рита подняла платье, обнажив ляжки.

– О! Какой у тебя красивый загар! Но я ожидаю продолжения стриптиза. Или тебе не хватает музыки? Как в «Белом павлине» три года назад. Спеть тебе тему из «Эмманюэль»?

– Не надо…

– Тогда в чем дело? Или ты желаешь, чтобы я сам стянул с тебя эти черные трусики? Но я уже давно вышел из юношеского возраста, когда меня это возбуждало. Сейчас я предпочитаю, чтобы мои женщины раздевались самостоятельно.

А насчет психа… Да, я псих, но не маньяк, и это главное. Я обыкновенный мужик с нормальной сексуальной ориентацией… Снимай трусы, сука! Ниже спусти, если не хочешь, чтобы я попортил твою нежную кожу… – И он уколол Риту осколком бутылки в подбородок. – А теперь развернись. Да не жмись ты! Не строй из себя целку!… Вот так-то! Расставь ноги… Какая нежная у тебя кожа! – Андрей провел острым краем стекла по ее спине. – Не дергайся. А то весь кайф сломаешь. Голову ниже!

Левой рукой он обхватил ее за бедро и, удобно пристроившись, мощно вошел в нее.

Рита ойкнула и закусила губу – Какой же ты гад!

– Ишь ты как запела! Ничего, потерпи малость, сейчас все будет о'кей.

Ох, хорошо! Да ты руками о стол обопрись, а то ведь шкаф башкой разобьешь. Вот так-то. А-а!! – Андрей взвыл и сильно сжал ей живот. Подергавшись еще немного, отошел. – А теперь одевайся, не показывать же тебя гостям в таком непотребном виде. Что обо мне люди подумают!

– Ненавижу! – процедила Рита, одергивая платье.

Глава 38

Гаврилов распахнул дверь и выпустил пса, который в последние пять минут, учуяв запах спермы, сильно разволновался и тихонько урчал.

– Все готово, Яков Степанович? – деловито осведомился Гаврилов у начальника службы безопасности.

– Так точно, Андрей Антонович, – по-военному отозвался мужчина.

– Ну и отлично. Выводите!

– Слушаюсь, – кивнул тот и удалился. Андрей взял Риту за руку и повел к лестнице во двор. Во дворе стоял врытый в землю деревянный стол и две скамьи.

Чуть подальше под навесом темнел мангал на тонких ножках.

Баринов отсутствовал недолго – через несколько минут он привел двух пленников, раздетых по пояс. Головы мужчин скрывали черные мешки, а руки за спиной стягивала тугая веревка. Отставной полковник вывел;пленников на середину двора и стал терпеливо дожидаться следующих указаний.

– Ты знаешь их? – неожиданно повернулся Андрей к Рите.

– Откуда я знаю, если у них лица закрыты? – хмуро ответила молодая женщина.

– Верное замечание. Снимите мешок! – распорядился Гаврилов.

Баринов снял с пленников мешки.

– А теперь узнаешь? – полюбопытствовал Гаврилов.

Рита пристально вгляделась в обоих мужчин, и… у нее перехватило дыхание.

– Господи, ты с ума сошел, Андрей! – вырвался у нее вскрик.

– Что-то ты с лица сбледнула! Что с тобой? Узнала? Я не знаю…

– Да все ты знаешь, сука! Это ведь шофер твоего ненаглядного Филата. Мои ребята взяли его час назад, прямо из тачки вытащили, тепленького. Ну а этот…

Гаврилов картинно взмахнул рукой. – Его-то хоть узнаешь?

Лицо второго Рите показалось очень знакомым.

– Кто это?

– Это мой главный трофей, детка. Перед тобой Алексей Краснов. В Питере его знают по кличке Красный. Его погубила беспечность, а может быть, самоуверенность. Он считал себя хозяином Питера, вот и попался как кур в ощип.

А хозяин– то – я! И сейчас я всем вам это продемонстрирую. – Ох махнул рукой.

Двое здоровенных охранников повалили связанного Красного на землю. Тот попытался было сопротивляться, но тут же получил сильный удар кулаком по затылку. Голова питерского смотрящего бессильно свесилась, и другой охранник, крепко державший его за локти, стащил с него брюки.

– Ты что задумал? – хриплом голосом спросила Рита, отворачиваясь.

– Смотри, смотри, детка! Такого ты не видела! – захохотал Гаврилов. – Это я для тебя показ устроил. Потом я тебя отпущу, чтоб ты пошла к своему Филату и все ему рассказала. Его вскоре ждет то же самое!

В этот момент с Красного уже стянули исподнее, и Рита с отвращением увидела белый оголенный зад.