– Я у тебя что хотел спросить, Семен, а не обидно ли тебе пахать на нашего Андрюху за копейки? Знаешь, сколько он поимеет от этой прихватизации?

Только в первый год сотни миллионов долларов. Неплохо? Вот бы взять да и разделить на двоих. Ха-ха-ха! Ладно, ты маску мне не строй, пошутил я.

Служба в контрразведке не прошла для Хруля бесследно. Из деревенского парня, чуть не в семнадцать лет впервые увидавшего многоэтажные дома, он превратился в ловкого и осторожного хищника, который не доверял никому и всегда готов был вцепиться даже в руку, протягивающую ему кусок мяса. Что-то в тоне Баринова ему не понравилось – не проверяет ли его старый разведчик на преданность хозяину? Он давно усек правило: никогда не болтать лишнего.

– Я понимаю, что вы шутите, Яков Степанович… А что касается денег, так я не жалуюсь, на жизнь хватает!

– Разумно. Ладно, кто там у нас еще?

Вдоль набережной красивой черной ладьей проплыл «Мерседес». Стекла в машине были затемнены. По оперативным данным своей разведки, Баринов знал, что это любимая игрушка Красного. Не имея возможности присутствовать в зале, законный вор решил последить за событиями из своей машины. «Мерседес» остановился неподалеку.

– Я хочу знать, о чем разговаривают в машине, – тихо заметил Баринов.

– Сделаем, – живо отреагировал Хруль и, отойдя сторону, быстро затерялся среди казенных мундиров. Два месяца назад он по приказу Гаврилова ездил в Германию на выставку радиоэлектронных средств связи. Кроме обыкновенного обывательского любопытства, он имел чисто профессиональный интерес появилось новое поколение подслушивающих устройств, которые умещались в ушке обычной иголки Удивительными были возможности этого шпионскою оборудования: с его помощью можно было подслушать разговор с расстояния в несколько сотен метров.

Несколько экземпляров этой чудо-техники Хруль привез с собой.

Баринов старался ничем не выделяться среди присутствующих. Он, как и все, был одет в милицейский камуфляж, но по взглядам сержантов понял, что они безошибочно угадали в нем туза. Несколько сотрудников службы безопасности «Балторгфлота» дежурили в самом здании.

Подошел Хруль.

– В лимузине сидит Красный. Судя по трепотне, которую я услышал, они в полной растерянности: не подозревали, что аукцион перенесут.

– Ладно, посмотрим, что там выгорит у Андрюши, – бросил Баринов.

Приватизационный конкурс открылся ровно в пятнадцать часов. Огромный зал был заполнен всего лишь на четверть. Кроме участников аукциона здесь присутствовали несколько корреспондентов местных газет и съемочная группа из Москвы-снимать им разрешили только начало мероприятия.

Мероприятие заняло час с небольшим. Создавалось впечатление, что конкурс проводится по заранее сверстанному и всем известному сценарию. Мало кто из присутствующих в зале догадывался, что так оно и было. Контрольный пакет акций – сорок два процента – купил концерн «Петротранс», двадцать пять процентов досталось банку «Петропромстрой», остальные мелкие пакеты разошлись по неизвестным фирмам…

В интервью питерской телекомпании новый фактический хозяин «Балтийского торгового флота» Андрей Гаврилов кратко изложил программу действий по спасению обанкротившегося флота и выразил соболезнования по поводу трагической гибели бывшего генерального директора Ивана Борисовича Абрамова.

– Завтра состоятся похороны Ивана Борисовича, – печально глядя в объектив телекамеры, заявил Гаврилов. – На панихиде я обязательно выступлю. Но уже сейчас я знаю, что скажу над гробом Ивана Борисовича. Я поклянусь найти убийц. И не только исполнителей, но и заказчиков этого гнусного преступления.

Мы не позволим превратить наш город в криминальную столицу России!

Глава 33

Внезапно и спешно проведенная приватизация «Балтийского торгового флота» стала для московских воров в законе не просто досадной потерей крайне выгодного бизнеса, но и тяжким моральным ударом. Еще никогда они не проигрывали так позорно. К тому же у москвичей были серьезные коммерческие обязательства перед крупными иногородними авторитетами. И за эти обязательства тоже надлежало нести ответ.

Варяг наутро приехал к Михалычу, и они вдвоем стали кумекать, как действовать дальше.

– Мне предстоит нехилый разбор с Шотой, Закиром, Кайзером и Тимой, – заметил Михалыч со вздохом. – Я же их бабки вложил на три недели под хороший процент. Кто смог предположить, что произойдет такой облом. Сто миллионов с лишком мне вернут только к концу месяца. А люди наверняка будут требовать назад свои деньги. И что я им отвечу?

Варяг развел руками.

– Будешь вертеться как уж на сковородке. Бабки надо возвращать. Это факт. Но думаю, и Барон нам должен. Надо его штрафануть.

– Сержант? – с полуслова понял Михалыч.

– Нет, Сержанта я попросил выполнить для меня кое-какое задание. Его я трогать сейчас не хочу, – ответил Варяг. – Да и негоже классного снайпера выпускать на такого хромоногого кабана, как Барон. Бароном займется Слон.

На том и порешили.

Днем к Михалычу заявился Шота. Вор был одет в белоснежный костюм, который изящно дополняла бордовая бабочка – эдакий грузинский денди.