Жора был прав. От успешных переговоров с китайцами зависела судьба одного из наших проектов, вот уже второй месяц висящая на волоске. И мне утруждать Жору разговорами о каких-то виртуальных, едва слышимых женских голосах было бы верхом то ли беспечности, то ли неблагоразумия... Если не...Да! Но это емкое и пронзительное «Навек пусты» хорошенько меня зацепило. Надо же так - «Навек пусты»!

А голос, а голос... Я что же стал слышать какие-то голоса? И эти упреки!

Надо показаться психоаналитику, решил я.

- Показывался? - спрашивает Лена.

- Да ну их...

- Показался бы мне, я б тебя сразу вылечила.

- Так лечи, так лечи...

- Слушай, - говорит Лена, - что если это была твоя Ти?

- Где была?

- В голосе... ну, «навек пусты»?

- Лен, -прошу я, - перестань, плз... И ты меня...

Я страдал от непонимания: как это «руки навек пусты».

Глины мне, дайте глины!!!

Чтобы забить ею рот, замазать глаза, залепить уши!..

Или хотя бы вылепить ее, наконец, и, в конце-то концов, вылепить эту неуловимую Тину...

Чем я хуже какого-то там Фидия или Праксителя (дался он Тине!), или Микеланджелобуонаротти, или даже Родена? На худой конец! Да ничем!

Или того же Тутмоса!!!

Вылепить с кончиком язычка в уголке губ... Рыжую! С ее бубенчиками на щиколотках (откуда я это знаю?), с яремной ямочкой и ключицами, а плечи слепить хрупкенькими... и, да-да... кожу, кожу вымастерить живой, жадной к моим рукам, шелковым, такую кожу, чтобы каждая порочка...

- Ты же её уже и лепил, и рисовал, - говорит Лена, - и выковывал из чугуна или стали, выпиливал, вырезал... Лил и...

- Правда?

- Рест, мало того, что ты... так ты ещё уже и не помнишь...

- Правда?

Или сотворить ее, думаю я, совсем без кожи, без единой клеточки дермы, живой эпидермис, весь из нервов, из их окончаний-антенн, ага - содрать, содрать с нее кожу, живьем... чтобы...

А потом оживить!

Чем я хуже какого-то там Пигмалиона?

И содрать-таки с нее кожу, как шкурку с зайца, всю... до последнего лоскутка, до последней йоточки... Да!

- Да ты, батенька, у нас живодёр, - говорит Лена.

Да, живодёр!..

Я так и не слышал, чем Лёсик кончил. Кажется, Вит его перебил...

Мы ведь тогда ни ухом, ни, так сказать, рылом не могли и предположить, что Жора выведал у этого Тутмоса технологию трансмутации не для того, чтобы нагромоздить горы золота-золота из груд проржавевшего напрочь железа или потускневшего на солнце свинца... Нет! Он-то и носился со своей финтифлюшкой и особенно с той Нефертитиной статуэткой...

- Тутмосовой?.. Нефертити?

- Ага... Он-то её вскоре и...

- Статуэтку? - спрашивает Лена.

- Тити! Тити! Нефертити! - восклицаю я. - Свою Тити! Таки оживил. И не только голову без яйцеподобного затылка и с той безупречно совершенной шеей, что перевернула представление о женской красоте... Не только... Клон Нефертити превзошёл все ожидания, и Жора даже...

- Что?..

- Да, Жоре повезло как никому из нас...

- Слушай, - спрашивает Лена, - ваша Тити и ваша Тина... Ти и Ти... Они случайно не...?

Вот как раз этот случай!

- Не-а, - говорю я, - не знаю...

Я знаю только одно: надо быстренько выводить Тину в свет! И немедленно, и немедленно!.. Из своих виртуальных темниц. Засиделась там... Пора бы и делом заняться.

И что делать с этим шариком, тяжеленным, как ведро свинца?..

Слава Богу, хоть миражи оставили меня в покое...

И пора бы высыпать из штиблет песок той пустыни, где эта чудачка всучила мне это ведро...

- Света, - требует Юля, - больше света!..

Тинка, привет!..

Вот ты и поймалась в мои роковые сети!..

Или... я? В твои?..

Огненные?

Глава 2

Успеть на наш плот. В наш ковчег. Все. Все-все-все... Об Ане и говорить нечего. А Нана с Ютой! Наши зодчие. И Шут, и Шут... Ната... Даже султан, предоставивший в наше распоряжение лучшие свои апартаменты и, уверовав в нашу идею, бросившийся было распиливать Джомолунгму на глыбы, был искренне рад своим участием в нашем проекте. Мою уверенность мог поколебать только Вит, который неожиданно встал и, взяв Лесика за рукав, чтобы тот помолчал, вдруг сказал:

- Я обращаюсь ко всем и взываю к вашему здравому смыслу...

Вит понимал, что пришло время «Ч». Что еще день-два и наш маховик будет запущен, и что львиная доля тех денег, которые льются сквозь его пальцы, навсегда оставит его. Он не мог с этим смириться.

- ...я поражен вашим недомыслием, вашей ослиной упрямостью, даже тупостью... Это же чи-истой воды ааа-вантюра!

- Вит, - перебил его Жора, - ты меня утомляешь. Сядь.

Лесик так и стоял с бокалом шампанского в руке.

- Тут среди вас есть хоть один нормальный?

Вит обвел всех своим рачьим взглядом и хотел еще что-то сказать, но Жора снова перебил его:

- Я, - мягко сказал он, - я - нормальный.