Читаем Стекляшки полностью

видеть семьи, где папа и мама и дети, все вместе, они смеются, строят планы на выходные. А

вы видитесь два–три раза в год, и иногда общаетесь по телефону, и паузы между словами

становятся слишком длинными. Когда я думаю о том, стоит ли сохранять брак из–за детей, то я

с уверенностью отвечаю – нет, не стоит. Его нужно подпитывать ради самих себя. Потому что

любовь и семья – это труд. И если при первых трудностях все бросать и сбегать, то ничего

хорошего все равно не выйдет. А именно так и сделали наши родители: они старались избегать

проблемы вместо того, чтобы их решать. Конечно, я не имею права их осуждать. Но я знаю,

что я и Лера так нуждались в любви и считали, что ее недостойны, что пройдет ни один год,

прежде чем это чувство страха и одиночества пройдет.

– Лера чем вообще занимается, – отец решил серьезно за меня взяться, – она учится хоть

где–то? Или работает?

– Насколько мне известно, она работает где–то. Но где и кем – этого я не знаю – сказала я,

сдерживая раздражение в голосе.

Рассказать бы ему все: что одна его дочь работала в стриптиз–баре, а другая пошла по ее

стопам. Что он тогда сделает и что скажет. Странно, раньше со мной такого не было, но сейчас

мне как будто хотелось его огорчить.

Мы посидели еще около получаса, поговорили о его работе, о моей сессии, и о том, что

было бы хорошо съездить вместе летом куда–то на пару дней. Мне кажется, мы обсуждали это

как люди, которые дают друг другу обещания и точно знают, что они их не выполнят.

Мы вышли из кафе.

– Ты домой? – спросил меня папа.

–Да, конечно, – ответила я.

– Может проводить тебя?

– Нет, я сама. Не беспокойся, – я не хотела его утруждать.

– Ну ладно, будь осторожна. Передавай привет маме и сестре, – он поцеловал меня в щеку, и

мы расстались.

Но домой я не пошла. Я решала немного прогуляться, тем более что погода позволяла. Я

шла по освещенным улицам, кругом было спокойно и людей немного. Сразу понятно, что

выходной. Я думала об этой встрече с отцом, о нашей семье. Что мы сделали не так?

Вдруг я вспомнила, каково было нам, когда отец ушел из семьи. Когда мама приходила с

работы уставшая, и всем недовольная, а нам попадало за разные проказы. Ей было тяжело, но

она ни за что не хотела в этом признаться. Я не увидела на ее глазах ни одной слезинки.

Видимо, она не хотела показаться слабой в глазах детей. Но я бы предпочла, чтобы она рыдала,

дала бы выход своим чувствам, а не превращалась в окаменелую статую.

В детстве мне говорили, что родители должны жертвовать своим счастьем ради детей, о том,

что я должна жертвовать чем–то ради других. То есть постоянно возлагать свое счастье на чей–

то алтарь. Но я скоро осознала, что в этом мировоззрении что–то не так: моя мама живет ради

моего счастья, а я буду жить ради счастья своих детей. Получается порочный круг. В итоге нет

тех, кто счастлив, есть только тот, кто жертвует. Почему нельзя жить, чтобы быть счастливым

сейчас? Почему это считается эгоизмом? Фокус в том, что если человек счастлив, то он может

сделать счастливым своих близких и людей вокруг. Счастье подобно огню. Если огонь горит,

он может согреть тех, кто рядом. И от него можно зажечь свой огонь. А если огня нет, откуда

ему взяться? Как стать человеку счастливым, если у него нет примера. Я бы предпочла, чтобы

моя мама была счастлива, и не жертвовала собой ради нас. Потому что тогда мы были бы

семьей, а сейчас мы просто люди, связанные узами родства, а это не одно и то же.

~ 92 ~

Глава 32

В понедельник мы получили зарплату. Все прошло на этот раз спокойно. Это было

странно, потому что обычно ни один понедельник у нас не обходится без скандалов. Но

сегодня день был особенный – у Анжелы был день рождения, и все были в предвкушении

скорого веселья. Да и серьезных нарушений на прошлой неделе не было. После того, как

всем раздали деньги, все не ушли, как обычно, а остались ждать. До двух часов ночи так и

не пришло ни одного гостя, так что Леша под давлением почти всех девочек разрешил

покинуть клуб. И через пять минут в заведении никого не осталось. Все ушли отмечать день

рождения в недавно открывшийся ночной клуб. Я отказалась идти. Сказала, что мне завтра

нужно в университет на зачет, поэтому нужно лечь пораньше. Никто не стал меня

принуждать. Все уже привыкли к моему странному поведению.

В клубе остался Юра, чтобы сторожить заведение, следить за камерами наблюдения. Я об

этом знала, и мне было не по себе от его присутствия. С того момента, как мы ездили с ним

в аквапарк, мы почти не общались наедине. Он звонил мне пару раз, но разговор не клеился.

Когда я впервые увидела его номер на дисплее телефона, у меня случился чуть ли не

припадок. Сначала мне даже не хотела брать трубку, но все–таки ответила на его звонок. Он

рассказывал смешные истории, а я не знала, что сказать и слишком нервничала. Я злилась

на себя за то, что придавала нашей поездке слишком большое значение. Приходя в клуб, я

старалась избегать Юру из всех сил. Поэтому мне хотелось побыстрее уйти, но почему–то

все еще копалась. Я ощущала сильное волнение, поэтому не могла никак собраться. В