Читаем Стекляшки полностью

когда ты чувствуешь себя таковым. Это когда ты сидишь дома, а на душе немая тоска,

которую сложно чем–то заглушить. Мне бы хотелось избавиться от этого чувства, но это как

яд, который поражает все тело. А противоядие где–то потерялось, и найти его уже нет

возможности.

Глава 28

Несмотря на то, что по календарю была середина февраля, у меня уже начало появляться

ощущение приближающейся весны. Я вышла из дома, на улице был мороз, много снега, и

казалось, что ничего не предвещало скорого потепления. Но какой–то еле уловимый запах,

какие–то звуки и атмосфера в воздухе все же зарождали во мне это ожидание весны. Да и

солнце выглянуло впервые за несколько недель. Душа ждала тепла, чтобы сбросить зимнюю

одежду, а вместе с ней хандру и апатию. Я чувствовала себя вымотанной. В университете

нагрузка все увеличивалась, успеваемость моя снижалась. Вчера мой преподаватель по

маркетингу спросил, что со мной происходит. А что я могла ему ответить. Что я работаю по

ночам? Я промолчала. На завтра у меня назначен промежуточный зачет, и я решила сделать

передышку и вечером не ходить в клуб. Сейчас я ходила в клуб по четыре, а иногда и по пять

раз в неделю. Это было очень много. И если раньше у меня было ощущение, что я смогу уйти,

как только захочу, то сейчас мне казалось, что я связана по рукам и ногам. Почему так

происходило, я сначала не понимала сама. Но потом я осознала, что это не из–за того, что мне

так хочется, а потому, что меня постоянно просят прийти, потому что кто–то не смог выйти. Я

была спасательным кругом для всех, кроме себя. Сама я тонула в своих сомнениях и

~ 77 ~

нерешенных задачах. У меня возникал вопрос: а куда я иду? И что ждет меня дальше. В

последнее время я осознала, что меня не устраивает моя жизнь. Точнее я и раньше это знала,

но просто не отдавала в этом отчет. Я чувствовала, что сейчас окончательно зашла в тупик. Но

это было не ново, я часто себя так чувствовала. Ново было то, что казалось, что мне под силу

это изменить. А кроме этого, я понимала, что я изменилась. Тот человек, который некоторое

время назад шел устраиваться в клуб, был мной, но все же это был человек из прошлого.

Между тем, я не получала больше удовольствия от работы в клубе. Мне там стало скучно. И

то, что раньше мне казалось интригующим и интересным стало безобразным и глупым. Я

сидела в зале с этим красным подиумом, громкой музыкой и красивыми женщинами и

понимала, что все это фальшь. У меня в детстве был калейдоскоп. Я любила в него смотреть,

он показывал такие красивые картинки. Мне казалось, что там скрыт целый мир. Но однажды

он разбился. И какого же было мое удивление, что внутри я обнаружила всего лишь стекляшки.

А все это великолепие – лишь преломление света.

Так вот, сейчас в клубе, я увидела, что что–то разбилось и весь этот блеск, который так

поразил меня вначале, – лишь стекляшки. При свете огней кажется все ярким и интересным, а

присмотришься – просто битое стекло. Это была не настоящая жизнь.

Человек развивается тогда, когда в его жизни что–то происходит. Сейчас я чувствовала

изменения, которые, как мне казалось, должны были положить начало чему–то новому в моей

жизни. Может это еще сказывалось и влияние весны. Хотя до нее было еще долго, но я уже

чувствовала ее наступление.

Я сходила утром в университет. У нас была всего лишь одна пара, но очень важная.

Признаюсь, у меня был соблазн пропустить, но в итоге я все же пошла, потому что иначе у

меня появились бы новые неприятности. А мне их уже хватало. Семинар был у очень строгой

преподавательницы. Она была требовательна и к посещаемости, и к подготовке. Причем ее

внешность совершенно не соответствовала ее характеру. Она выглядела как дама – божий

одуванчик, а одевалась так, словно она из прошлого века: всегда носила платья из мешковатой

ткани и крупные украшения из полудрагоценных камней. Но характер у нее был жесткий и

властный. Я сидела на задней парте и желала лишь, чтобы меня не спросили. Семинар был по

зарубежной литературе, и книгу, которую мы изучали, я не читала. Слава богу, в этот раз от

желающих ответить не было отбоя, видимо все хотели получить плюсики, чтобы была

возможность сдать зачет автоматом. Все прошло хорошо и меня не спросили. Довольная таким

везением, я поехала домой. Я взошла в квартиру, сняла куртку и сапоги. Пройдя в комнату, я

уселась в кресло. Это было самое удобное кресло в мире, для меня уж точно. Я могла сидеть в

нем много часов подряд и мне никогда не надоедало. Я любила налить чаю, взять книгу и сесть

в это кресло. В такие моменты я не замечала ход времени, и могла очнуться и обнаружить, что

уже давно наступила ночь. Правда я позволяла себе такое, когда никого не было дома. А

случалось это, когда мама уезжала в командировку, а Лера уходила в ночной клуб или ночевать

у подруги. Но сейчас, когда я бы могла проводить так все свободные вечера, я почему–то ни

разу до этого даже не садилась в него. То, что доступно, ценится намного меньше. Но сегодня я

снова позволила себе эту радость. Я прочитала пару глав, когда мое внимание привлекло то,