Читаем Стекляшки полностью

– Нет, это не так. Хотя я действительно закрытый человек, но такая уж моя суть.

– Мне кажется, что это место не для тебя. Я вижу тебя скорее за книгами в библиотеке,

чем в стриптиз–клубе.

~ 64 ~

Я старалась сохранить спокойствие, хоть эти слова меня задели. Мне не хотелось

продолжать этот разговор. Я почувствовала себя словно шпион, которого вдруг начали в

чем–то подозревать. Я бы просто встала и ушла, но понимала, что это будет неуместным в

данной ситуации. Поэтому я просто ответила:

– Что ж, это твое мнение.

Через некоторое время он сказал:

– Раз ты еще не готова рассказать мне о себе, то, пожалуй, начну я.

Мы сидели на берегу. Уже начало светать. Небо было серовато–синим. Солнце

прикрывали облака. День обещал быть прохладным и пасмурным.

– Я учусь в университете на третьем курсе. Нужны деньги, вот и решил подработать

охранником. Честно говоря, даже и не знал, куда иду устраиваться. Раньше у отца в

магазине подрабатывал, он занимался спортивным инвентарем. А сейчас дела пошли

неважно, магазин мы прикрыли, отец уехал в другой город на заработки. Когда узнал, что

устроился в стриптиз–клуб, то конечно обрадовался. Хвастаюсь теперь друзьям. Раньше я

никогда не был в таких заведениях, денег не хватало, да и желания особого не было. А вот

мой друг много бы отдал за то, чтобы оказаться на моем месте.

– То есть тебе не нравится смотреть на раздевающихся девушек?

– Нравится, конечно. Но это не значит, что я какой–то там извращенец. Я люблю, когда

сам танец выглядит эстетично. Вот ты очень красиво танцуешь.

Он посмотрел на меня и улыбнулся. Сейчас он выглядел очень искренне, но я все равно

ему не доверяла. Я понимала, что он пытается мне понравится.

– Вообще, я мечтаю жить на ферме, где–нибудь в Австралии, чтобы у меня был свой дом

и земля.

– Ты серьезно об этом мечтаешь?

Почему–то это показалось мне таким невероятным. Никто из моих знакомых не мечтал о

чем–то подобном. О доме, о машине, о квартире и о новой мебели – вот чего желает почти

любой человек.

Он рассказывал мне о том, как прекрасно было бы жить в Австралии. Он смотрел

передачу по телевизору, где рассказывали о климате и условиях жизни в этой стране. И там

говорилось, что эта страна наиболее благоприятная для проживания.

– Вот ты когда–нибудь слышала, чтобы в Австралии произошло что–то плохое?

Я задумалась. И действительно, я не припомнила, чтобы в новостях говорили о каких–то

неприятных событиях в Австралии, словно там было так спокойно, что и рассказать–то

нечего.

–Нет, не слышала, – откровенно ответила я.

~ 65 ~

– Вот именно. Там люди живут спокойно, занимаются сельским хозяйством и

выращивают кенгуру.

Дальше он стал рассказывать от тех эффективных способах ведения хозяйства, которые

он прочитал в одном сельскохозяйственном журнале.

А я слушала его и в тоже время была поглощена собственными мыслями. Я смотрела на

него и поневоле любовалась. В его глазах светился юношеский задор. Он был живой, еще не

погиб в нем жар жизни. И этот жар согревал меня сейчас.

– Ты правда веришь, что у тебя получится?

– Ну, может конечно не в Австралии, но у меня обязательно будет свой дом, земля и

много детей.

– Ты хочешь много детей?

– Да, как минимум трое. Два мальчика и девочку.

Это мальчишеская самоуверенность, что ему все подвластно, даже генетика, была

забавной, но в тоже время милой.

Моя мечта всегда казалась мне неосуществимой. Я мечтала поехать в Барселону,

выучить язык и поступить учиться там на художника или дизайнера. И быть не просто

туристом, а хотя бы на время почувствовать себя местной жительницей. Посмотреть на

прекрасную архитектуру, прогуляться по улочкам, покататься по городу на велосипеде. И

рисовать. Все это мне казалось верхом блаженства. Недосягаемого блаженства. Много раз я

представляла себе это. Но я так и не стала ближе к этой мечте. Теоретически я представляла,

как это можно воплотить в жизнь. Поехать по рабочей программе в какую–нибудь семью,

работать там и учить язык. Но я трусила. Это было так страшно: уехать из дома в чужую

страну, почти не зная языка, оставить здесь своих родных, друзей. Учебу, в конце концов.

Я даже говорить об этом желании не смела, боялась, что поднимут на смех. Я

представляла, что, скорее всего, скажут родные и друзья. Что–то вроде: уехать в другую

страну? Ты сошла с ума? Как ты там будешь одна? Ты же даже языка не знаешь? Учебу надо

закончить! Выкинь из головы все эти глупости! Там совсем другой менталитет! Будешь там

на улицах побираться… и так далее, так далее.

«Но ведь другие–то смогли!» – могла бы я тогда сказать. Ну, так–то другие, а ты все

равно не сможешь. Вот и весь мне ответ. Я даже иногда представляла себе, как проходил бы

этот разговор. И все же в глубине души она жила, эта моя мечта. И я верила, что она

обязательно сбудется. Неизвестно как, но обязательно сбудется. А сейчас у меня

ответственность перед другими, особенно перед сестрой.

И почему–то именно постороннему человеку я рассказала о своей мечте, о которой не

рассказывала никому. Рассказала не в красках, а кратко. Он внимательно выслушал и сказал:

«Почему же ты тянешь? Почему не решишься на это прямо сейчас?».