Читаем Ставка — любовь полностью

— Я думала, у меня будет возможность встретиться с семьей. Нас осталось только двое, я и мама, которая сейчас живет в Португалии. Ей так и не удалось оправиться после смерти папы. — Девушка покачала головой и опустила глаза, и Каллан едва подавил желание сочувственно пожать ее руку. Она пошевелила пальцами и машинально поднесла руку к шее, где висел золотой медальон.

Может, они и мало знакомы, но боль на лице Лори была настоящей: она явно обожала отца. Девушка подняла голову, повернулась и стала смотреть на замок.

— Не знаю, что папа сделал бы с этим. — На ее глазах показались слезы. — Он так хотел узнать больше о своем отце, а его мама ничего не рассказывала о нем. Все это его просто потрясло бы, а одна мысль о том, что у него есть братья и сестры, проживающие в разных уголках земного шара… — Она вздохнула и покачала головой. — Это бы просто свело его с ума.

Каллан в нетерпении поерзал, и внезапно его прежнее поведение показалось грубым.

Теперь он лучше понимал ее слова, ведь даже ему казалось странным, что Ангус никогда не говорил о детях. Как должны были родственники относиться к подобному равнодушию? Знать, что Ангус упомянул о них в завещании, но никогда никому не рассказывал об их существовании?

Каллан был так сосредоточен на себе, что практически не думал о других. Он поджал губы.

— Я не знал, что у Ангуса были дети, он никогда не упоминал этого, что совсем на него не похоже. У Ангуса Маклина, которого я знал, было самое большое сердце в мире.

— Как вы с ним познакомились? Вы кажетесь слишком молодым, чтобы иметь друзей его возраста. — Лори нахмурилась, словно пытаясь понять, что здесь делал Каллан.

Ее вопрос можно было предвидеть, и теперь он осторожно подбирал слова.

— Ангус помог мне, когда я был маленьким, и мы действительно стали приятелями. Он был одним из моих лучших друзей.

— И вы жили здесь, в замке? — В ее голове явно роилось множество вопросов.

— Не совсем. В основном я живу в Эдинбурге, но здесь у меня всегда была комната, а в последние годы ему требовалось чуть больше ухода.

Ей явно хотелось спросить о чем-то еще, но Лори прикусила язык и предпочла сосредоточить внимание на лабиринте.

— Вы много знаете об этом владении?

Каллан почувствовал раздражение, каждый вопрос от родственников за последние двенадцать часов так или иначе крутился вокруг денег, и было очень сложно не показать, как ему это надоело.

— Я знаю каждое поле, каждое дерево, каждую изгородь и каждый ручей. Я много времени проводил здесь в детстве.

Погруженная в свои размышления, Лори не заметила его напряженности.

— Счастливчик, — с тоской в голосе проговорила девушка, вздохнув и посмотрев на замок. — В детстве жить в таком замке было моей мечтой. Я могу только догадываться, что это такое — играть в лабиринте каждый день, сбегать вниз по этим сказочным ступеням. — Она озорно улыбнулась. — Признайтесь, вы когда-нибудь съезжали по перилам?

Каллан почувствовал желание закрыться, он не был уверен, что хочет делиться личными воспоминаниями о жизни с Ангусом Маклином. Ему также не хотелось, чтобы эти люди оставались здесь, он бы предпочел, чтобы они все ушли. Каллан скомкал бумажку.

Лори озадачивала его, она не упоминала о деньгах, говорила только о людях и семье, но, может, она просто была умнее остальных? И что главное — она была настойчива.

— Или Ангус запрещал вам это?

Эти слова заставили Каллана перенестись на мгновение в детство: он вспомнил купание в пруду с лебедями, попытку построить плот, качели, которые он в результате сделал и повесил на дереве. Ангус был не из тех, кто запрещал ему что-либо. Он поднял голову и увидел, что Лори пристально смотрит на него своими большими карими глазами.

— Только если заставал меня за этим.

Атмосфера, располагающая к обоюдной откровенности, разрушилась так же внезапно, как и возникла.

— Нам не пора? — Лори встала, и ее платье вновь заиграло на свету. — Я почти забыла об игре.

Разве возможно, чтобы она забыла об этом? Ведь игра — ключ к тому, чтобы заполучить замок.

Каллан провел ее к открытым дверям в гостиную. Лори вздохнула, повернулась и положила руку ему на грудь.

— Каллан, вы могли бы показать завтра земли замка Анник? Я здесь всего на выходные и хочу надолго запастись впечатлениями.

Больше всего ему хотелось ответить «нет»: он совсем не намеревался притворяться вежливым проводником и показывать всем присутствующим замок, который все это время был его домом.

Но, казалось, Лори отличается ото всех остальных родственников. Ее интерес к истории замка был более очевидным. Ее рука все еще лежала на его груди, практически прожигая дыру в тонком хлопке рубашки.

— Я думала и о том, можете ли вы показать мне фотографии Ангуса? Чтобы я увидела, каким он был. — Она отвела глаза. — Мне хочется знать, не был ли похож на него мой отец… Или я.