Читаем Ставка — любовь полностью

Ее отец работал бакалейщиком, мать — помощницей в магазине. Удивление родителей было вполне обоснованным, когда Лори окончила школу с отличием. Ей нравилось учиться, узнавать что-то новое, ее увлекали возможности, открывавшиеся после экзаменов, и когда ее приняли в Кембридж на юридический факультет, отец плакал целый день. Но когда через два месяца она поняла, что ненавидит выбранную специальность, было слишком поздно, Лори не могла расстроить отца — человека, который старался помочь ей в овладении выбранной профессией. В его голосе каждый раз слышалась гордость, когда он говорил кому-то, что его дочь будет юристом. Отказавшись от этого, она лишила бы его почвы под ногами.

В университете Лори всегда улыбалась, соглашалась на дополнительную нагрузку, помогала другим и… была несчастной. Учебу сменили часы в офисе без какого-либо отдыха дома, а ее тело стало посылать отчаянные сигналы — головная боль, ноющие мышцы и бессонные ночи стали постоянными спутниками ее жизни. И теперь она задумалась: возможно, письмо — это знак, что пора что-то изменить, как бы глупо это ни звучало?

Лори быстро взяла конверт, собрала документы и вышла из кабинета, опасаясь, что если задержится в офисе хоть на минуту, то обязательно передумает.

Судя по нахмуренному лбу и тому, как Алиса постукивала карандашом по столу, она явно волновалась. Лори глубоко вздохнула, улыбнулась и, взяв со стола разноцветные стикеры, стала приклеивать их к документам.

— Я беру небольшой тайм-аут. Розовые для Фрэнсис, зеленые для Пауля, желтые для Хьюго. Все дела в суде я решила. Тебе осталось только проконтролировать, чтобы к моему возвращению все сохранили всё в этом же состоянии.

Лори протянула ей инструкции из письма, и Алиса ошарашенно кивнула:

— Вы правда уезжаете? Когда?

— Завтра.

— Завтра?

Несколько людей повернули голову, услышав удивление в голосе Алисы.

— Думаю, пробыть там с пятницы до вечера понедельника.

У Лори Дженкинс никогда не было отпуска, это неслыханно. И кажется, настало время что-то поменять.

Каллан в очередной раз посмотрел на часы — ему осталось встретить последнего человека на сегодня. Слава богам! К этому времени он уже встретил очень громких канадцев, экзальтированных американцев, ирландца с плохим характером и очень милой женой, а также несколько гостей из Шотландии, и теперь осталось только дождаться надменную родственницу Ангуса из Лондона, и все будет готово.

Каллан вздохнул и привалился спиной к стене: он до сих пор не до конца понимал, как умудрился стать участником этого безумного представления. По его подсчетам, мисс Закон больше четырех часов добиралась из Лондона до Глазго, оттуда еще четыре часа — до Форт-Уильяма, и последнюю часть пути ей предстояло проехать на поезде, который уже виднелся в отдалении. Женщина могла остаться на поезде, идущем от Глазго и останавливавшемся в Маллейге, но, как каждый турист, наверняка решила сесть на поезд Гарри Поттера и пересечь виадук. Нельзя осудить ее за желание насладиться восхитительными шотландскими пейзажами, но это значило, что она приедет позже остальных и наверняка будет очень усталой и раздраженной.

Поезд подошел к станции, и туристы, большинство из которых собирались провести ночь в Маллейге, высыпали наружу и сели в ждавший их экипаж. Через несколько мгновений клубы пара развеялись, толпа поредела, и на перроне осталась девушка, которая никак не походила на ту Мэри Дженкинс, которую он себе представлял.

Вместо женщины средних лет с непроницаемым лицом перед ним стояла шатенка с длинными волосами, одетая в облегающие капри розового цвета, подчеркивающие формы, и просторную белую тунику, оттеняющую слегка загорелую кожу. В ее руках была обычная сумка. По свежему лицу и выражению восторга было незаметно, что девушка устала.

Она быстро подошла, схватила его руку в ладони и крепко пожала:

— Каллан Макгрегор? Спасибо, что встретили меня.

Клац! Что это? Между ними словно проскочила искра.

— Я так рада вас видеть. Поездка была просто потрясающей, я сделала сотню фотографий! — Она ткнула в камеру, висевшую на шее рядом с золотым медальоном.

Каллан пытался оставаться спокойным и не выдавать своего удивления — он привык к красивым девушкам, но его новая знакомая была больше чем просто симпатичной: теплые карие глаза, чистая кожа, кудряшки до плеч и пухлые розовые губы.

— Мэри Дженкинс?

Это имя ей совершенно не подходило.

Она рассмеялась, сотрясаясь всем телом, — глубокий искренний смех, ничуть не похожий на скрытые усмешки, которых можно было ждать.

— Что? Никто меня так не называет! Я Лори. Лори Дженкинс. Отец назвал меня в честь своей тети Мэри, но меня всегда называли Лори.

Каллан кивнул. Мэри Дженкинс, образ которой он нарисовал в своей голове, совсем не походила на Лори Дженкинс, стоявшую перед ним сейчас на платформе и казавшуюся не старше двадцати лет. В ее возрасте можно быть юристом?

Девушка достала какие-то бумаги из внешнего кармана сумки.

— Позвольте понести, — сказал Каллан.