Читаем Статус: Попаданец (СИ) полностью

— Не знаю, я не вдавалась в подробности, мне и своих дел хватает. Лишь бы на его внимание не нарваться лишний раз. И никто не знает — не рискуют задавать вопросы. Ты понял, что я сказала? Что говорить и как себя вести? А ну повтори! Нам нельзя тут задерживаться, раз Он о тебе уже знает! Пора на аудиенцию.

— Да понял, понял: шаг влево, шаг вправо, прыжок на месте — попытка улететь и так далее.

— Нет же! Говорить можешь только когда спрашивают, отвечать только «да», «нет», «не знаю», в конце каждого ответа добавляй «мой господин», вопросов не задавать, если командор сам не спросил, есть ли вопросы. Заходим с глубоким поклоном, в пол. Понял? Повтори!

Похоже, этот текст у неё шаблонный, она всем такие инструкции даёт, раз один-в-один повторила инструкцию.

— Да нет, не знаю, моя госпожа. Вопросов нет.

Рука-лицо. Хм. И здесь этот жест знают? А чего она мою фишку украла? Это мой жест обычно, я на своих орлов-соколов в дивизионе практики так реагирую!

— Ладно, пошли, — взяла она меня за руку и потащила к дверям (тоже позолоченным).

Перед самым входом отпустила руку (она всех воскрешенцев за ручку к командору приводит, или я ей так понравился?) и тычком в шею заставила наклониться:

— Заходим ссс глубоким поклоном! — прошипела она вполголоса, а двери уже начали открываться.

При первом перемещении я не обратил внимания на апартаменты этого сирого командора, а теперь видел только пол, согнувшись пополам. Ну, пол тоже впечатлял. Впечатлял своим пафосом и богатством: он был стеклянный, а под стеклом плавали неведомые рыбки, в основном золотистые и серебристые. Стекло пола оказалось не сплошным, а состояло из отдельных пластин, скреплённых между собой тонкими полосками жёлтого металла (тоже золота, похоже). По дну этого полового аквариума были разбросаны драгоценные камни, в основном зелёного цвета. Волшебник изумрудного города какой-то прям.

Моё бездумное втыкание в пол, разорвавший все мои шаблоны любого архетипа пола в моей модели мира, прервал уже знакомый брюзгливый скрип голоса:

— Кто такие?

— Я, нижайшая из твоих подданных, о величайший господин клана Баркатов, привела воскрешённого с Дэгара, дабы ты своей милостью снизошёл до волеизъявления его предназначения в новой, светлой и радостной жизни, дарованной ему благодаря Вашему сирейшеству!

Чиво?!. Я окосел от такой ебанутой витиеватости, и количество рыбок и изумрудиков в полу удвоилось. Пришлось проморгаться.

— Имя.

— Его нижайшее ничтожество Ван Петроа, мой господин, — сжала она мою руку, чтобы я не вякнул чего.

Охренеть не встать, ну тут и ролевые игры у них! Распрямляться не рискнул, так как рука девушки дрожала, сжимая мою шею. Я успокаивающе снял её руку, чуть сжал, и сам остался стоять согнутый, как китайский болванчик.

— Навыки.

— Хорошая физическая форма, умеет стрелять и владеет навыками управления нейромодами высшей категории, контакт с техникой высокий, пси-способности слабые. Мой господин.

— Навыки в плотских утехах.

— Не успели протестировать, мой господин, внештатная ситуация заставила торопиться с аудиенцией к Вам, мой господин.

— Ну-ка, ну-ка, — с этими словами я увидел перед своим носом на полу вычурные туфли, меня схватили за подбородок и подняли. — Пси-способности слабые, значит, и эмпатия, должно быть, низкая? Ну-ка, какой у нас жеребчик тут?

Я увидел моложавого мужика с жёлтыми волосами (он и волосы золотыми хотел сделать, что ли?), который стал меня щупать и гладить. Профессионально так, как мадам своих шлюх в борделе. Под его пальцами ворот моего комбинезона разошёлся до пояса, и голос этого «господина» стал таким слащаво-похотливым, у меня аж челюсти свело.

Инга хотела что-то сказать, но не успела.

Я просто заехал этому педо-блядству в парчовом халате по морде, чисто на рефлексах и отвращении. В ушах стучало сердце набатом, кровь прилила к лицу и меня бросило в жар от ярости. Я опрокинул этого щуплика и пинал его ногами, брезгуя идти в контакт с этой гомосятиной. Меня, лётчика-снайпера, командира смешанной авиационной дивизии, полковника в отставке мацает за сиськи какой-то педик! Да не для того меня тут воскресили, чтобы стать шлюхой в его борделе! Да я разнесу нахуй весь этот гадюшник! Тем более процесс уже кто-то начал — судя по сотрясанию стен и пробоя на Станции. Значит, не одному мне хочется придавить эту гниду! Я его бил и бил, этот урод свернулся клубочком на своём пафосном ебанутом полу и прикрывал голову руками, защищаясь от моих ног.

Инга с расширенными от ужаса глазами зажимала себе рот обеими ладонями и отступала назад, сжавшись от угрозы расправы и втягивая голову в плечи.

По пространству прошлась волна, сотрясая всё вокруг, я еле устоял на ногах. Как будто дом снаружи потряс какой-то великан. Правда, мы были не в доме, и тряс нас, подозреваю, ни разу не великан.