Читаем Статус: Попаданец (СИ) полностью

Вот это я попал так попал. Мде. Ну да, снявши голову, по волосам не плачут. И процедура принятия в род ещё не закончена. После этого я ещё произнёс не слишком длинную, но ёмкую клятву голосом, и его так же зафиксировала техника дома Мит.

А затем Дрейк спросил меня, какое родовое имя я хочу носить, что будет внесено в книгу Древа рода Митов.

В уме тут же всплыло единственное имя из игр, которое мне всегда нравилось, и я даже пользовался им как ником много где. Потому без колебаний произнёс:

— Шепард.

— Шепард дэгаран Мит, в миру Павел…

— … Герасимов, — подсказал я. — Он же Ван Петроа.

И система фиксации родовых имен повторила:

— Шепард дэгаран Мит, в миру Павел Герасимов, псевдоним Ван Петроа. Запись произведена.

А вот то, что произошло далее, я не смог вынести и отключился.

Глава 30

Следующий, конечный этап моего посвящения в ряды клана Мит планеты Дэгар был похож на внедрение нейромодов, которому меня подвергли ещё там, на Станции, в самом начале моего попадания в этот мир.

Только если там фиксировали всё моё тело, чтобы я не трепыхался, то здесь Дрейк подал тяжеленный шлем, который он сам еле поднял. Я тут же перехватил эту бандуру — висла она килограмм десять, для своего такого маленького размера.

— Это что?

— Нейромодулятор магии. Надень его себе на голову, это последний шаг вступления в род. Он нужен для тех, кто не состоял в нашем роду с самого рождения.

Ну, деваться некуда: сказал А, говори и Б. Раз я вписался в этот блудняк с посвящением в род мальчишки, то и в шлеме походим.

Я надел конструкцию на голову, предварительно присев на уцелевший стул. Воспоминания о внедрении нейромодов на Станции были те ещё, поэтому я решил подстраховаться, чтобы не падать на пол от очучений.

И не то, чтобы я действительно не вынес того, что на меня навалилось, и выключился, а, скорее, этот шлем меня куда-то затянул, как в пучину воспоминаний Древа рода Мит.

Я как будто проносился через толщу времён, видя, чувствуя, ощущая и слыша всё то, что происходило с предками рода этого мальчика, а теперь уже и моими предками. Да, многое проскальзывало мгновенно, оставив небольшой отпечаток в сознании, а что-то задерживалось, разворачивая перед моим внутренним взором, с моим участием в этом, и я проживал годы, а иногда десятки лет, просто прикоснувшись к чьей-то истории рода Мит. Я мыслил как этот предок, столетия назад сложивший голову при прорыве чмачидов. Я вёл в бой своё войско, на защиту родных стен нашей обители, стен города и жителей — против захватчиков. Я управлял своими марионетками, шпионами и оперативниками, балансируя на тонкой струне высшей власти среди расовых кланов галактики. Я действовал как марионетка, попав под влияние одного из чудовищ из недр Дэгара, и видел, как мою голову срубила моя любимая, прекраснейшая из женщин и единственная жена, со слезами на глазах поднимая на меня тяжеленный меч. Я умирал множество раз, от меча или яда, от старости или болезни. Я видел смерть своих близких и любимых. Я множество раз был счастлив, поднимая на руках своего первенца, мальчика — разные отцы одного рода оставались во мне памятью предков. Я множество раз побеждал в клановых войнах. Я был первопроходцем новых миров на далёких планетах, я возвращался в родную обитель, защищая стены Цитадели от внешних и внутренних захватчиков, от предателей и врагов. Я видел, как возводился дворец рода, и как он разрушался — врагами или временем, и как его восстанавливали, увеличивая и расширяя наши владения, наши предки. Я видел домашних питомцев клана. Это были неведомые мне животные, становившиеся такими привычными от прохождения через память предков. Там были птицы и рыбы, там были деревья как знак рода, или верные псы — от волка до вервольфа, и даже кошачьи — тигры, пумы и черный Кот.

Кот был особенным, он мне отдельно запомнился и больше всего времени я провёл с ним. Он появился вместе с пумой, играл с ней, я включился в эту игру больших кошек, переходившую то в возню на шикарном дорогом ковре с высоким ворсом, то в беготню-догонялки. Мы гнались друг за другом, поочерёдно меняясь местами водящего. Потом я осознал, что уже долго бегаю туда-сюда с одним моим чёрным Котом, из сна. И, наконец, понимаю, что это сон.

Обстановка тут же сменилась на новую. Это был какой-то отсек космического корабля — я это понял по видовому иллюминатору, за которым виднелась чернота космоса с проблесками звёзд. Отсек, или каюта, была округлая, что-то вроде купола, но не высокого, а с обычную средних размеров комнату. В центре стоял круглый стол и вокруг него диваны.

На диване появились новые лица. Кот традиционно исчез. Удивительно, что сегодня он ни слова не произнёс. Теперь было два человека: мой друг Стас и ещё одна рыжая девушка. Она сидела на диване в расслабленной позе, с закрытыми глазами. Разрез глаз был раскосым, и это диссонировало с её цветом волос: никогда не выдел рыжих азиатов. Но она так и не открыла глаз, пребывая то ли во сне, то ли в трансе.

Ко мне обратился Стас: