Читаем Статья полностью

"Ветхий завет" ААЯ четвертой группы составляют феномены, встречающихся в произведениях, тяготеющих к направлению "Фэнтэзи". Но еще мифы поведали нам о "золотом дожде", в который обернулся Зевс, о "манне небесной" и "скрижалях огненных" вспыхнувших в небе таинственных словах. О замерзших и оттаивающих звуках упомянали еще Ф.Рабле и Р.Распэ, известно это явление и в Новом Свете (С.Флейшмен "Чудесная ферма мистера Мак-Брума"). Кстати, в этой же повести встречается и необыкновенной силы ветер, который не прочь пошутить: "...в прошлом году порыв ветра промчался по нашей ферме и унес ведро парного молока. На следующий день он вернулся за коровой." Одушевленный ветер - действующее лицо в сказках Пушкина. Смерчик, понимающий человеческую речь, водится в рассказе Р.Хайнлайна "Наш прекрасный город", упоминаются живые ветерки в произведениях В.Крапивина. Загадочен тайфун, внутри которого можно ступать по поверхности совершенно спокойного моря (А. и С.Абрамовы "Синий тайфун"). Зато полная ясность внесена в причины появления густого желтого тумана в Волшебной стране - это козни злой колдуньи Арахны (А.Волков "Желтый туман"). С.Лем в повести "Голос Неба" оставляет открытым вопрос об источнике упорядоченного чередования максимумов нейтринного излучения, отзвуки которого в видимой части электромагнитного спектра мы воспринимаем как полярные сияния. Но в оригинале-то эта повесть называется "Глас Божий!" Чудеса - вещь редкая и хрупкая, а желание или умение верить в них есть далеко не у каждого. Поэтому однажды даже сам Господь Бог, мастер на ААЯ, "оказался в аховом положении; у Него не было даже свидетельства о рождении... Правда, есть эффективные приемы, надежно служившие в прошлом, но сейчас огненное облако или столб пламени ничего не дадут, кроме неприятностей с пожарными" (Р.Блох "Глас вопиющего").

Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука