Читаем Статьи полностью

1-го апреля заседание Политико-экономического комитета Русского географического общества открыто было речью г. председателя Алексея Ираклиевича Левшина, резюмировавшего в коротких словах результаты прежних прений о колонизации. Протокол прошлого заседания в видах сбережения времени не был читан, а положено передать его в рукописи всем говорившим для поправления ошибок, которые могли случиться у стенографа. Заседание это началось тотчас по прибытии великого князя Константина Николаевича, в 8-м часу вечера. В прениях участвовали нижеследующие лица в таком порядке: г. Волков, Ф. П. Литке, великий князь Константин Николаевич (резюмировал мнение о производстве перевозки переселенцев морем), Н. С. Лесков, Ф. П. Литке, Ф. Тернер, Ковалевский, Гибарь, Лесков, Ф. П. Литке, Ф. Тернер, Волков, пр. Калиновский, Венюков, Васильев, Венюков, Гибарь, Волков, пр. Калиновский, Лошкарев, А. И. Левшин (председатель), барон Мейендорф, В. П. Безобразов (секретарь). После речей, сказанных этими лицами, если не ошибаюсь, именно в таком порядке, в каком я описал, председатель нашел, что вопрос о колонизации уже достаточно выяснен и следует перейти к рассмотрению другого вопроса — о введении однообразных мер, весов и монеты. Прежде чем были выражены мнения по этому предмету, В. П. Безобразов (секретарь) изложил причины поставления этого вопроса и указал на благоприятное для цели присутствие здесь некоторых лиц, специально занимавшихся этим вопросом (академик Купфер, г. Кодинский и г. Митчель, секретарь Британского отдела Международного общества). Затем г. Купфер и г. Кодинский изложили свои взгляды на трактуемый вопрос. Г. Кодинский говорил о необходимости однообразных единиц, а не однообразных систем, что вызвало несколько весьма замечательных слов секретаря Британского отдела г. Митчеля, заявившего взгляды Англии на десятичную систему и на значение, которое она придает участию России в этом вопросе. Из этой же речи г. Митчеля видно, что труды г. Кодинского по однообразию единиц переведены на английский язык и были в виду Международного общества. Затем г. председатель сказал, что, по его мнению, полезно учреждение при комитете особого отдела для обсуждения этого вопроса. Мнение это принято всеми единогласно, и заседание 1-го апреля прекращено в 10 час<ов> 40 минут. Общий характер выработанных прениями положений вопроса о колонизации, мне кажется, можно представить так: комитет не признает существования в настоящее время особенной надобности в выселениях, но и не находит никаких оснований препятствовать свободному передвижению жителей с одних мест государства в другие, менее заселенные и почему бы то ни было привлекающие к себе поселенцев. Комитет не подает голоса ни в пользу искусственных переселений мерами правительства (исключая случаи политической и военной необходимости), ни в пользу привилегий и льгот, которые увлекают к переселениям не всегда таких людей, которые имеют в виду действительно заселять край и упрочивать там свое благосостояние. Комитет желал привлечения иностранных поселенцев с тем, однако, чтобы они не представляли собою разноправного населения; указывали также на чиновников, которые при тех мерах, которые правительство признает нужными в видах сокращения штатов, могут быть рассматриваемы как люди, для которых весьма небесполезно открыть возможность обратиться к иным занятиям в иных местах. От правительства желались пособия только кредитные, и то в определенной и самой необходимой мере. Я полагаю, грешно было бы желать более честного, более верного и более обдуманного решения вопросов: нужно ли выселение, как его сделать и в какой мере оно требует правительственного участия? Конечно, каждый вопрос в частности мог быть разобран гораздо подробнее, но если бы требовать таких подробностей от Политико-экономического комитета, собирающегося один раз в две недели, то значило бы требовать невозможного. Политико-экономический комитет в течение нынешнего сезона сделал очень много. Он решил немало общих жизненных вопросов и решил их так верно, так правильно, как едва ли они когда-нибудь были бы решены иным путем. Он раскрыл такие тайны общественного организма, которые до сих пор не были никому известны; он убедил нас, что и мы можем решать вопросы, требующие глубокого и всестороннего обсуждения, не истратив ни одного листа писчей бумаги; он, наконец, видимо содействовал выработке во многих его посетителях здравых политико-экономических понятий. Нынешний сезон уже при самом конце, и мне, вероятно, не много раз придется еще сообщить читателям “Русской речи” о достойных высокого почтения трудах комитета. Я уверен, что не я один, что каждый из людей, сидевших за столом Политико-экономического комитета, вспомнит о минувших заседаниях нынешнего сезона как о приятнейших минутах, бескорыстно посвященных общественному делу, и неравнодушно станет ждать будущего сезона. Будущее в руках Божиих, но судя по настоящему, принимая в соображение то лестное участие, которое оказывает комитету августейший брат нашего государя, можно думать, что в будущем сезоне комитет еще ярче, еще нагляднее заявит смысл своего учреждения и своей деятельности.

Перейти на страницу:

Все книги серии Статьи

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Сергей Кремлёв , Юрий Нерсесов , Андрей Раев

Публицистика / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное