Можно предположить, что новая американская администрация склонна как бы признать за Москвой приоритетное право на геополитическое влияние в бывшем советском Закавказье. Ибо сам по себе американский интерес состоит в реализации многообещающих транснациональных транспортно-энергетических и инвестиционных проектов (ТРАСЕКА, ИНОГЕЙТ), и именно нерешенность карабахского конфликта тормозит их осуществление. Геополитические приоритеты традиционного характера в данном случае скорее всего давно уже не рассматриваются Вашингтоном в качестве первоочередных приоритетов: совершенно ясно, что установление мира и активизация хозяйственной жизни, восстановление и развитие транспортно-трубопроводной сети региона сами по себе стимулируют приток сюда ощутимых западных инвестиций и соответственно усиление американского влияния. По-видимому, в администрации Буша не без оснований полагают, что это обстоятельство в значительной мере нейтрализует определенное усиление военно-политического влияния России, которая вряд ли способна осуществить также и адекватную финансово-экономическую экспансию.

В свете этого особое значение вновь неизбежно приобретет судьба так называемого “Мегринского коридора”. Эта полоса армянской территории отсекает азербайджанскую автономию Нахичевань от метрополии, а самое главное – препятствует непосредственному наземному сообщению между Азербайджаном и Турцией. Существует немало планов территориальных обменов различных конфигураций, при любом из которых, однако, Армения может потерять (де-юре или де-факто, что малосущественно) контроль над этим районом. Например, есть предложения обменять Мегри на Лачин, одновременно сняв тем самым армянскую блокаду с Нахичевани и исключив возможность азербайджанской блокады Карабаха, который тогда получит прямую связь с Арменией. Этот вариант может быть осуществлен и в формате создания транспортных коридоров под международным контролем, без изменения границ. Но проблема в том, что значение мегринского участка выходит далеко за пределы армяно-азербайджанских отношений и даже региональных обстоятельств. Передача Мегри Азербайджану или под международный контроль означала бы начало процесса глобализации тюркского мира, фактически – возникновения нового “Великого Турана”.

Ибо в этом случае никаких препятствий для реализации амбициозных планов Анкары на пространстве от Албании до Синцзяна уже не было бы. Собственно, именно это обстоятельство крайне тревожит Тегеран, опасающийся, что в таком случае в перспективе не исключено территориальное расчленение Ирана, северные области которого, граничащие с Турцией и Азербайджаном, полностью населены тюркским элементом (азербайджанцами). Непреклонность иранской стороны, разумеется, раздражает Вашингтон, недавние попытки которого привлечь Тегеран к процессу урегулирования, кажется, успехом пока не увенчались: иранцев вполне устраивает нынешняя ситуация, когда “Мегринский коридор” не только существует, но и значительно расширился за счет занятых карабахской армией приграничных районов Азербайджана.

Поэтому очевидно, что сочетание американских и российских усилий при минимизации фактора всех иных влияний на миротворческий процесс может оказаться достаточно действенным уже хотя бы потому, что выбивает из рук азербайджанской и армянской дипломатии такое проверенное оружие, как использование в своих интересах противоречий между посредниками. Кроме того, сегодня у Москвы и Вашингтона много общего в подходах к принципам урегулирования. Так, российская сторона по понятным причинам очень негативно относится к карабахским претензиям на получение международно признанной независимости. Кроме того, Москва активизирует и расширяет связи с Азербайджаном, не скрывая, что эта страна по-прежнему представляет для нее очень большой интерес – во всяком случае, никак не меньший, чем такой традиционный союзник, как Армения.

А самое главное – перевод переговорного процесса под эгиду президентов России и США, которые, разумеется, будут иметь дело непосредственно с руководителями Азербайджана и Армении, означает, что сегодня проблема окончательно перешла из плоскости права наций на самоопределение в разряд территориального спора между двумя государствами. Это серьезно ослабляет позиции армянской стороны, ранее небезуспешно настаивавшей, что речь идет о противостоянии между Карабахом и Азербайджаном и до поры до времени находившей в этом отношении понимание в Москве. Теперь о взаимопонимании по этому принципиально важному вопросу и речи быть не может.

Надо иметь в виду и обозначившееся в последнее время охлаждение между Москвой и Ереваном – в России считают, что Армения проводит все более антироссийскую внешнюю политику.Дополнительная информация:

Источник: Независимая газета

ЧЕЧЕНСКАЯ ЛОВУШКА