Читаем Статьи полностью

[3] Тоннель реальности понимается здесь по Т.Лири – Р.Уилсону – как присоединенное семиотическое пространство, индивидуальная Вселенная, или, иначе говоря, гомоморфная модель мира, в которой существует сознание данного человека. Представляет собой совокупность накопленных знаний и убеждений. Тоннель реальности обеспечивает личности комфортное существование, повышая ее входное информационное сопротивление: приходящая информация объявляется ложной, если она противоречит тоннелю реальности, и избыточной, когда она с ним соотносится.

[4] Осуществлен группой Ф.Зимбардо. 24 студента-добровольца жребием разделены на "заключенных" и "тюремщиков". Игра должна была продолжаться 20 дней, но была прекращена на шестой день, ввиду катастрофического социального разогрева: случай сумасшествия, непрерывный рост насилия, издевательства, нанесение тяжких телесных повреждений.

[5] Лилипуты в романе Дж.Свифта разделились по признаку "остро- и тупоконечности" (напомним, что имелась в виду проблема: с какого конца следует разбивать яйцо). С точки зрения разумного человека убеждения такого типа не могут образовывать идентичностей. Однако противоречие между остроконечниками и тупоконечниками стало структурообразующим для всей новейшей истории Лилипутии. Тем самым, придется либо отказаться от мысли, что изменения идентичностей представляют собой источник социального движения, либо все-таки присвоить убеждениям лилипутов статус идентичностей. Данный пример может представляться казуистическим и ничтожным; проанализируем, однако, линию раскола западного и восточного христианства в вопросе: исходит ли Святой Дух только от Отца, или от Сына тоже. "Внешний наблюдатель" (во всяком случае, не христианин) ни того, ни другого, ни третьего не видел и, в лучшем случае, может судить о них, как сказал бы Перри Мейсон, "с чужих слов".

[6] Этот эффект наблюдается не только в концентрационных лагерях и "шарашках", но и в структурах, где давление создается различными формами конкуренции. Вообще говоря, социальные машины, эксплуатирующие отрицательные эмоции, не только негуманны, но также ресурсоемки и неэффективны.

О спектроскопии цивилизаций или Россия на геополитической карте мира

Послесловие к книге С.Хангтингтона "Столкновение цивилизаций". – СПб.: Terra Fantastica – М.: АСТ, 2003

Лейтмотивом этой статьи станет геополитика, хотя новому тысячелетию пристало мыслить в более современных – геоэкономических и геокультурных категориях. Да и феномен России столь сложен, что его истолкование – даже на столь примитивном смысловом уровне, как политика, – представляет серьезные трудности. Сегодня нельзя однозначно определить место, которое наша страна занимает на "мировой шахматной доске", некогда описанной польским американцем, культурологом, теоретиком постиндустриализма и политиком З. Бжезинским.

Границы русского геокультурного субконтинента

Текст С. Хантингтона, хотя он имеет некоторые черты научной работы и все "родовые признаки" публицистики, следует отнести к разряду "стратегий". В сущности, речь идет о военно-политическом планировании в запредельном масштабе, когда государство/этнос играет роль минимальной тактической единицы.

Всякая стратегия есть использование уникального ресурса системы во имя достижения уникальных целей Пользователя[1]. Ресурсы западной цивилизации используются С.Хантингтоном в полной мере, что же касается цели, то она, по сути, сводится к сохранению существующего положения дел. То есть речь идет о долговременной стратегической обороне.

Такое планирование не имеет позитивной цели, ибо представляет собой "движение от…", а не "стремление к…", характерное для живой содержательной стратегии. Можно, впрочем, согласиться с доктором З.Таррашем: "…это дело темперамента и характера – некоторым вместо прямолинейной наступательной стратегии больше подойдет ее противоположность".

Здесь следует заметить, что оборонительная стратегия возможна далеко не всегда; кроме того, в долгосрочной перспективе она представляет собой вполне ясную перспективу глобального поражения. Но, наверное, нельзя порицать С.Хантингтона за то, что он не смог предложить новые пути развития Запада, не сумел объяснить, во имя чего Западу жить. В конце концов, если уж философы пишут о "конце истории", велик ли спрос с политолога? Стратегическая оборона может быть предпринята для выигрыша времени и поиска новых структурообразующих идей.

Разговор о реалистичности оборонительной стратегии С. Хантингтона впереди. Прежде следует разобраться в ее предпосылках. Стратегия вырастает из географии, и для геополитических построений это верно вдвойне. Насколько же цивилизационная схема С. Хантингтона географически обоснована?