Читаем Статьи полностью

[3] Первобытный человек с его гладкой кожей, пронизанной потовыми железами, был активен круглые сутки, в связи с чем занимал пустовавшую экологическую нишу «полуденного хищника».

[4] П.Г.Щедровицкий

[5] К.Клаузевиц указал, что война есть продолжение политики иными, а именно, насильственными средствами. Чжоу-Эньлай, в свою очередь, заметил, что политика есть продолжение войны – ненасильственными средствами.

[6] С точки зрения военной науки политика есть искусство сохранять выгодное мировое равновесие. Экономика – искусство поддерживать жизнедеятельность народа во время войны и во время мира.

[7] Дж.Р.Р.Толкиен

[8] Последний вопрос принадлежит Г.С.Альтшуллеру, создателю Теории Решения Изобретательских Задач (ТРИЗа), автору целого ряда прекрасных фантастических рассказов.

Когнитивный мир вместо постиндустриального

Находясь внутри индустриальной фазы, аналитик способен правильно выстроить проекцию "следующей фазы" на индустриальное пространство. Само по себе это только полезно, но зачастую приводит исследователей к отождествлению такой проекции и самой фазы

Индустриальная фаза развития столь насыщена противоречиями, что ее преходящий характер очевиден. Первая попытка очертить контуры следующей фазы была предпринята Ф.Энгельсом, который при содействии К.Маркса предложил концепцию пролетарской революции и бесклассового общества. Модель Ф.Энгельса, длительное время остававшаяся теоретической основой социального конструирования, сыграла значительную роль в переходе от капиталистической к госмонополистической формации.

Этот переход сопровождался мировыми войнами и привел к институциализации векового конфликта между Евро-Атлантической (прежде всего, американской) и «социалистической» советской культурой. Поскольку противоборствующие стороны овладели оружием массового поражения, развитие конфликта вызвало острую тревогу, в том числе и на уровне элит.

Попыткой выйти из пространства векового конфликта стала разработанная в 1960-е годы (как несколько запоздалый ответ на модель Ф.Энгельса) теория постиндустриального общества (У.Ростоу, З.Бжезинский и др.).

Теория опиралась на концепцию «первичного», «вторичного» и «третичного» производств. Под «первичным» производством понималось непосредственное изготовление материальных благ, прежде всего, продуктов питания. «Вторичное» производство создавало условия для такого изготовления: орудия труда в самом широком смысле этого слова, в том числе – промышленные предприятия и обеспечивающую их работу инфраструктуру. Наконец, для «третичного» производства характерен переход к удовлетворению нематериальных потребностей. Речь шла, прежде всего, о преимущественном развитии сферы услуг. Позднее под «третичной экономикой» стали понимать создание информационного обеспечения любых форм производственной и непроизводственной деятельности.

В социальном плане концепция постиндустриализма предусматривала господство корпоративных структур, создание единого правового и административного пространства, преодоление прямых явных форм классового антагонизма.

В последние десятилетия XX века концепция постиндустриализма приобрела популярность, что вызвано быстрым прогрессом вычислительной техники и возникновением представлений о виртуальной реальности. В настоящее время ряд развитых государств и межгосударственных объединений поставили своей задачей преодоление противоречий индустриального мира и переход к постиндустриальному обществу.

Представляется, тем не менее, что теория постиндустриального общества неадекватно отражает особенности наступающей фазы развития.

Начнем с того, что крайне неудачным является название. Понятие «постиндустриальный» можно понять буквально. В этом случае оно означает «то, что находится за индустриальной фазой». Иными словами, семантический спектр оказывается вырожденным: предлагаемый термин, фактически, не несет в себе информации. Индустриальную фазу можно назвать «посттрадиционной»; с формальной точки зрения это верно, но такое название не содержит отсылки к ключевым особенностям фазы.

Если читать термин «постиндустриальный» в категориях постмодернизма, что наверняка не подразумевалось ни Ростоу, ни Гэлбрейтом, ни Бжезинским, он означает: «то, что заключает в себя все формы индустриализма и все индустриальные смыслы». Такое определение информативно и емко, но совершенно недостаточно. Не подлежит сомнению, что «следующая фаза» содержит все индустриальные смыслы, подобно тому, как индустриальная фаза содержала в себе все традиционные смыслы. Однако, сутью «следующей фазы» являются новые, не-индустриальные смыслы, чего термин «постиндустриальный» не отражает, вне всякой зависимости от того, в какой понятийной системе его воспринимать.