Читаем Статьи полностью

Куда бежать от себя? В отрицание? Если человек в тринадцать неполных лет любил яростно и страстно, то, что же, с высоты своих пятидесяти – презирать себя за неадекватность избранницы? Так же и с историей. В ней был Сталин и сталинские репрессии, в это же время были Шостакович, Кобалевский, Баснер, Свиридов и Прокофьев, Гроссман, Ахматова и Пастернак, звучала музыка и рождались стихи. Уродливую форму, которую отлил Сталин, люди заполнили энергиями иных миров, и Грааль взорвался. Стенки сосуда не выдержали.

Проект "обновленного Союза" был разрушен на стадии инженерного осмысления – наверное, он не мог не быть разрушен – при столь высоком оперативном напряжении и столь различных векторах развития – но того, что удалось "собрать" и вновь пустить в дело при утилизации проекта, хватило, чтобы создать феномен шестидесятых.

Если, вместо того, чтобы искать виноватых, прослеживать с любовью линии судеб, то выяснится, что в это самое послевоенное тоталитарное время, Бог запросто гулял среди людей – иначе откуда столько музыки, стихов и восхитительной романтической прозы? От подростка с его вечным другом Зигмундом Фрейдом, таких талантов не дождешься. То ли Всевышний был как-то лоялен к коммунизму, то ли "меж оплывших свечей и вечерних молитв" бродил какой-то еще неведомый духовный пастырь, но в 1953 году, а, точнее, начиная с 1948 года, создавался пласт культуры перехода от страстей по коллективному труду к гимну индивидуальной свободы.

Паровоз взорвался: умер диктатор Сталин в один день с композитором Прокофьевым, – вагоны, набрав прежде невиданную скорость, по инерции ехали в грядущую "революцию сознания" шестидесятых, время физиков и лириков, космической гонки и расцвета полу запрещенной литературы, "где колеблется розовый, немигающий утренний свет".

Роман И. Ефремова "Час быка" вышел, но был изъят. Его, как водится, доставали и читали. Там было написано про то, что у нас в России случилось. Кому-то было выгодно закрыть простую цивилизационную истину: "лучше быть беднее, но подготовить общество с большей заботой о будущем". Кто, интересно, за ее прикрытие был даже готов рассекретить западные паттерны потребления? В восьмидесятые поезд коммунизма встал на прикол и далее был втихую сдан в металлолом.

В 2002-м на молодежном семинаре по геополитической стратегии России, юная леди с музыкальным образованием сказала, что, если эпоха не создала своей музыки, значит, никакой эпохи и не было.

Сколько времени нам будут еще светить ремейки? Хотя? Что музыке – взорвавшийся когда-то политический тягач?

Битлз ознаменовали "революцию сознания" в Америке, Американский Университет Мастеров (АУМ) в 60-е годы создал теорию постличиночной, свободной, стадии развития человечества. Российские барды 60-х лирично оплакали недостаток проектности у русской интеллигенции. Вновь объединенная Германия породила в конце 90-х имперские гимны "Rammstein". Осколки российского Рока разбились об ожидания перемен. Масс-культура, заполнившая сегодняшние стадионы, с трудом причисляется к музыке. По крайней мере – к божественной.

У нас в России во время концерта в филармонии не закусывают, а в Австралии- приносят одеяла, расстилают на свежем воздухе в парке, кушают и слушают классическую музыку. Потребление… Чья это мать? Не знаете?

2004 г

Будущее, которое мы потеряли

Альтернативность истории

Любить классическую советскую фантастику начала 60-х годов сейчас не модно. "Коммунистическая пропаганда!" – новый ярлычок надежно сменил прежние идеологические клейма. "Английский шпион" И. Ефремов в глазах нынешних либералов едва ли теоретик тоталитаризма. Недалеко ушли от него и братья Стругацкие, для творчества которых, как вдруг оказалось, характерно "пренебрежение к человеку, если он не боец передовых рубежей"[1].

Вряд ли есть надобность ломиться в открытую дверь, доказывая роль "Часа быка", "Понедельника…", "Обитаемого острова", "Улитки…" в разрушении тоталитарной идеологии. Негативное, критическое начало сейчас не столь интересно, как начало созидающее: "стандартная модель будущего" по Ефремову-Стругацким.

Коммунистическая Утопия

Идея о переустройстве мира существует столько же, сколько и сам мир. Попыткам спроектировать идеальное общество несть числа. Время от времени дело доходило и до крупномасштабных экспериментов, которые все без исключения дали резко отрицательные результаты.

На этом основании, кстати, сейчас отвергается сама идея "светлого будущего". Безнравственными – с точки зрения приоритета общечеловеческих ценностей – считаются не только практические действия, но даже размышления на подобные темы.