Читаем Статьи полностью

События на Украине вновь, со все нарастающей остротой, ставят перед нами проклятые вопросы, на которые у России никак не отыщется ответа: кто мы такие, где наше место в мировой цивилизации, как оценивать нашу историю и что нас ждет в будущем? Не пора ли нам перестать посыпать голову пеплом по поводу развала СССР или, напротив, следует смиренно готовиться к распаду России? Свои варианты ответов предлагает политолог, военный историк, гендиректор фонда "Энциклопедия" Сергей Переслегин.

– Россия еще не оформилась как цивилизация, и не очевидно, удастся ли ей это. Дело в том, что наше развитие базируется не на причинной логике, как это происходит на Востоке, и не на антипричинной, какой руководствуется Запад. Первая выглядит так: я не иду грабить банки, потому что в детстве меня учили, что это нехорошо. А вот вторая: если я ограблю банк, меня посадят в тюрьму, а мне не хочется там сидеть. Для России же характерно спонтанное действие: я делаю это потому, что делаю, – других объяснений нет. Это одна из гипотез российского бытия. Если она верна, то развитие страны действительно происходит спонтанно, а по ходу дела лишь оформляется проектно – проект Петра, проект Третьего Рима, коммуно-социалистический проект.

– То есть власть улавливает тенденцию и пытается придать ей какую-то форму?

– Не совсем так. Эти проекты заимствованы либо у Европы, либо у Византии, либо еще у кого-то. И, как правило, они оказываются неадекватны русскому мышлению. То есть развитие происходит не в рамках проектности, а до нее, а затем упаковывается в формы, понятные Западу. Или Востоку – как это было, когда мы теснее общались с ним. Интересно в этом смысле разъяснение одного влиятельного лица из ОАЭ, сделанное в частном разговоре: "Наш министр иностранных дел на самом деле не столько министр, сколько племянник эмира. И как элемент этой структуры он определенным образом позиционируется, имеет особые полномочия и возможности. А министром мы его назвали для того, чтобы Западу было легче с нами общаться". Но если элита Эмиратов, как мы видим, способна отрефлектировать ситуацию, то у нас с этим хуже. Мы создаем министерства, Думу, выбираем президента – тоже отчасти для того, чтобы нас понимали. И это хорошо. Однако сами не отдаем себе отчет в том, что эти европейские придумки означают в российской цивилизационной парадигме.

– Михаил Гефтер так представлял себе Россию: необъятное пространство, которому власть сверху пытается навязать некую форму, неадекватную ему. Попытки, естественно, терпят крах. Властная надстройка – верхушечная, живет сама по себе, а российское пространство – само по себе.

– Отчасти я согласен: в России есть мощный нижний слой, который неподвижен, и сверху – власть, подверженная внешним влияниям. Но не все так просто. Скажем, через все русские сказки проходит такой персонаж, как "надежа-царь", который есть часть народа. Между властью и народом, несмотря ни на что, существует сильная и неразрывная связь. В Ялте Сталин обсуждал с Черчиллем восточную границу Польши, Черчилль просил ее отодвинуть на восток, обещая компенсировать в другом месте. "Я не могу этого сделать, – отвечал Сталин, – у меня будут проблемы с моими избирателями". Полновластный правитель чувствовал, что он может сделать, а что – нет.

– А не будет в таком случае проблем с избирателями у Путина по поводу намерения отдать Курилы?

– Если Путин это сделает, он перечеркнет себя как правителя навеки: перед лицом угрозы присоединения к Японии Приморье готово отделиться от России. Мало кто знает, что месторождения Сахалин-1 и Сахалин-2 развиваются совместно не с японцами, что было бы логично, а с американцами. Японцев жители Сахалина туда просто не допустили. "Нельзя", – говорят на Сахалине и объясняют свою позицию. Во-первых, чисто практически: это лучшее место в Тихом океане для ловли рыбы: невероятная биологическая продуктивность Южных Курил остается научной загадкой. Дальше: на островах чего только нет – начиная с водопадов, самых крупных в нашей стране, и заканчивая залежами рения, практически единственными в мире. Я объездил почти всю Россию и скажу: нет у нас более красивой земли, чем Приморье. Более богатой и более желающей хозяина. И более чистой. Там никогда не было цивилизации – это наш дальний Запад. Вот в Америке вы можете не вытирать подоконники, и они будут чистыми – там нет пыли. И не потому, что убирают хорошо (хотя убирают хорошо), просто там не было четырех тысяч лет цивилизации с ее огнем, бумагой и так далее. Так вот: на Сахалине тоже нет пыли. Зато там есть местный олигарх Александр Верховский, который обустраивает острова: построил порт, рыбокомбинат европейского уровня, прокладывает дороги. И время от времени спрашивает у нас: может, из центра стратегию какую-нибудь предложат? То Фрадкова пригласит туда рыбу половить, то еще что-то придумает.

– В реальности никаких серьезных документов о том, что мы должны отдать Курилы, в природе нет. Но кто-то этот вопрос раз за разом поднимает.