Читаем Статьи полностью

На первой, «затратной фазе» операции проблемы наступающего связаны прежде всего с преодолением устойчивости исходной позиции. И полководец стремится любой ценой нарушить эту устойчивость – хотя бы и не в свою пользу. Одним из самых красивых и тонких приемов является использование для этой цели «встречной операции» противника. То есть, одна сторона начинает наступление, разрушает статический гомеостаз, а пользуется этим вторая сторона, «бесплатно» переходя к стадии нарастания операции. Такая схема была блестяще применена немецким Генеральным штабом в весенней компании 1942 г. и несколько грубовато советским командованием в летней компании 1943 г. Возможно, самым ярким примером подобного «наступления за чужой счет» в оперативном масштабе следует считать действия Э.Манштейна в Керченской операции 1942 г.

Важно понять, что в обеих критических точках система «война» не обладает ни статической устойчивостью позиции, ни динамической устойчивостью операции. И только в эти моменты возможно «чудо» с очень резким изменением характера войны в целом.

Заметим, что «наступление за чужой счет» должно начаться в очень узком интервале времени (в идеале – в момент прохождения противником 1-й критической точки собственного наступления). Действительно, чуть раньше придется преодолевать статический гомеостаз позиции в весьма неблагоприятных условиях (противник подготовлен, сосредоточил значительные силы и средства, имеет резервы). Чуть позже придется преодолевать динамический гомеостаз операции противника, что скорее всего окажется вообще невозможным. Таким образом, «встречной операции» подразумевает значительный риск: если такая операция не проходит, она неизбежно заканчивается сокрушительным поражением.

Вторая критическая точка получила в военной теории название «кульминационного пункта» операции. С момента ее прохождения создание новой устойчивой позиции неизбежно, и в интересах наступающего приложить все силы к ее созданию. Как правило, однако, инерция толкает наступающего вперед, в результате все, что было выиграно в «фазе нарастания» бездарно растрачивается в «фазе насыщения». (Конечный этап наступления на Москву и Ленинград в 1941 г., конечная стадия почти всех советских наступательных операций. Самый яркий пример – осенние бои 1916 г. на Стоходе после прохождения Брусиловым 2-й критической точки.)

Поскольку 2-я критическая точка обладает абсолютной неустойчивостью, ее прохождение создает благоприятные условия для перехода слабейшей стороны в контрнаступление. (Сражения на реке Марна в 1914 и 1918 гг., контрудары Манштейна весной 1943 г. под Харьковом и осенью того же года под Киевом, «война Судного дня). Такие контрудары также являются рискованными (поскольку слабейшая сторона добровольно отказывается от консолидации позиции), однако риск в данном случае невелик, поскольку в пользу слабейшей стороны «работает» закон перенапряжения коммуникаций. В отличие от «встречной операции» контрудар в момент прохождения кульминационного пункта является хорошо известным техническим приемом обороны.

Сутью, «душой» всякого осмысленного наступления является оперативный маневр, который мы определим как перемещение войск, создающее динамическую угрозу узлам связности позиции противника. Сосредоточением и передвижением соединений наступающий вынуждает противника на какие-то ответные действия. Маневр удается, если эти действия не препятствуют осуществлению плана операции.

Так, в 1940 г. шлиффеновский маневр группы армий «Б» создал динамическую угрозу захвата Брюсселя (и далее всей «сверхпроводящей» сети узлов связности вплоть до Шартра). Парируя эту угрозу, противник провел контрманевр «Диль», который ослабил фронт в Арденнах и не создал при этом существенной оперативной угрозы немцам. В результате наступление группы «А» прошло в идеальных условиях, и стратегический план Манштейна был блестяще выполнен.

Перегруппировка и сосредоточение войск для осуществления маневра называется развертыванием. Развертывание само по себе еще не создает угрозы противнику, однако требует времени и иных оперативных ресурсов. Войска во время развертывания (особенно, в завершающей его стадии) весьма уязвимы для внезапной атаки. Потому развертывание, хотя оно и представляет собой сочетание сугубо технических действий, должно быть спланировано даже более тщательно, нежели предстоящий маневр.