Читаем Статьи полностью

Из общей площади в 20,7 млн. гектаров только 6,2 млн. гектаров относится к пахотным землям и 3,1 млн. – к «иным сельскохозяйственным угодьям»[2]. В Белоруссии развито мясное и молочное животноводство, выращивается лен, картофель, сахарная свекла, зерно. Однако, сельское хозяйство соседей Белоруссии более товарно. Белорусская сахарная свекла не может конкурировать с украинской, продукция молокозаводов уступает по объему и ассортименту прибалтийской. Значение белорусского агропромышленного комплекса, таким образом, ограничивается местными рамками.

В свое время Советский Союз вложил огромные средства в развитие белорусского машиностроения. Руководителям Беларуси, в отличие от лидеров прибалтийских государств, хватило здравого смысла сохранить это наследие. Они даже сумели приумножить его, своевременно вложив средства в модернизацию технологических линий.

Белоруссия производит автомобили, телевизоры, подшипники, станки, выпускает ряд уникальных электротехнических изделий. Однако белорусское машиностроение создавалось как элемент общесоюзной экономики и сохранило все ее «родовые признаки». Оно принципиально незамкнуто. Иными словами, оно не только требует дешевого сырья, но и ориентировано на единственный рынок сбыта.

Эта экономическая реалия (незамкнутость экономики относительно сырья, энергоносителей и рынков сбыта) обусловила всю социальную эволюцию Республики Беларусь. Обретя независимость, Белоруссия оказалась перед выбором: пойти по пути Латвии и полностью демонтировать советские индустриальные производства либо, напротив, всячески поддерживать промышленный потенциал, тем самым, сохраняя на территории своей страны Советский Союз. Первое решение во всех вариантах приводило Минск к полной экономической катастрофе, тем более что в отличие от Прибалтийских Республик Беларусь не могла рассчитывать на серьезные западные инвестиции. Альтернативный выбор был меньшим злом, но, как будет показано ниже, он поставил под сомнение необходимость белорусской государственности.

Дальнейшие события развивались форсированно. «Советская» экономика (скажем осторожнее, «многоукладная экономика со значительными пережитками социализма») подразумевала жесткое валютное и финансовое регулирование, государственный контроль над «жизненно-важными областями производства», патерналистскую социальную политику. Эта система могла быть реализована только при авторитарном управлении, опирающемся на информационную блокаду. Последнее означало непременный конфликт власти с либеральной интеллигенцией, а в перспективе ухудшение отношений с США и ЕС и дипломатическую изоляцию страны. Данное обстоятельство – с учетом того, что все промышленное производство Беларуси было изначально замкнуто на российских потребителей – привело к созданию Союзного государства. Все эти «ходы» правительства А.Лукашенко вынужденные, и обвинять Президента РБ в «фашистских взглядах» – значит, не понимать всей сложности ситуации, в которой перманентно находилась республика.

Но точно также бессмысленно искать в действиях руководства Республики какую-то стратегию. Даже в сравнении с Украиной бросается в глаза отсутствие целеполагания у правительства А.Лукашенко. Вся история белорусской государственности в 1990 – 2002 годах – одна сплошная тактика.

Отсутствие стратегической «рамки» привело республику в экономический и социальный тупик. Сегодня главная проблема Белоруссии заключается в том, что Россия, являющаяся ее основным торговым и политическим партнером, отнюдь, не консервировала на своей территории советские производственные отношения – если у кого-то и были на этот счет иллюзии, дефолт 1998 года их развеял. Современная российская экономика носит значительно более открытый и рыночный характер, нежели белорусская, следовательно ни о каком равноправном взаимодействии не может быть и речи. Сложилась парадоксальная ситуация: в финансово-экономической «пищевой пирамиде» Россия, являющаяся экспортером сырья, стоит выше, нежели Белоруссия, производящая продукцию точного машиностроения.

Со временем такое положение дел только усугубится. Следовательно, для Беларуси выгодно форсировать создание Союзного государства, а в интересах России не спешить с принятием на себя определенных обязательств по этому вопросу. Чем больше пройдет времени, тем выгоднее для России будет Договор о союзе. Собственно, уже сегодня речь идет только об одной версии интеграции: Белоруссия присоединяется к России, образуя в ее составе шесть (или семь, если Минск будет выделен в отдельную административную единицу) субъектов Федерации. На встрече Президентов это было высказано «прямым текстом», что вызвало раздражение А.Лукашенко. Его можно понять – помимо того, что такой исход означает бесславный конец национального проекта «Республика Беларусь», он еще и приводит к резкому ослаблению позиций белорусской политической элиты и самого А.Лукашенко.