Читаем Статьи полностью

Мне как психотерапевту часто приходится иметь дело с людьми находящимися в депрессии или тяжелой тоске. Иногда эти состояния являются симптомом психического заболевания с наследственной отягощенностью, например маниакально депрессивного психоза. Какие здесь могут быть слова, здесь человека следует лечить медикаментозными средствами, частности, антидепрессантами.

Но чаще в человеческой практике тоска связана с реальными причинами. Никто из нас не застрахован от имущественных потерь, неприятностей по службе и в личной жизни. Кое - что можно избежать, но совсем без неприятностей прожить невозможно.

Каждый из нас несет тяжелые потери - потери своих самых близких людей. Практически закономерно каждый из нас теряет родителей. К сожалению, нередко у некоторых гибнут дети. Хорошо, если повезет - и ты умрешь раньше своего (ей) мужа (жены), а если не повезет, то 50 % за то, что придется пережить и смерть супруга (и). Чаще такую трагедию переживают женщины. Все-таки они более жизнестойки, чем мужчины.

Так вот сейчас речь пойдет о такой депрессии. Депрессии, которая возникает после гибели самых близких людей. Речь пойдет о горе. Его следует уметь перенести самому и уметь помочь ближнему.

Мои наблюдения показывают, что чаще вместо психологической помощи мы добиваем своих близких общими фразами типа: «время лечит», возьми себя в руки, что ты разнюнился, как ребенок. Те кто знает принцип сперматозоида, тот никогда поступать так не будет. Потому что, от этих фраз становится только хуже, Ибо в момент горя человек считает, что его горе будет вечно. Когда ему советуют взять себя в руки, ему становится еще хуже и в душе своей он все свое горе желает советчику, ибо в руках он себя уже держал, а фраза о том, что ты разнюнился больше напоминает оскорбление.

Чего не избежать ни одному человеку, так это потерь и страданий. Но, как говорил В.Франкл: «В горниле страданий выковывается личность». Конечно, следует сделать все, чтобы избежать страдания и горя, но если уж такое случилось, то следует его достойно вынести. Какое бы несчастье ни произошло с человеком, у него всегда есть возможность выбора. Даже в концентрационном лагере, где условия жизни были нечеловеческими, как это наблюдал все тот же В.Франкл, все же и там одни становились свиньями, а другие святыми.

Но здесь я хочу описать только горе, связанное с потерями близких людей, и тут я буду ссылаться на описания Э.Лидеманна.

Симптоматология нормального горя

Картина острого горя схожа у разных людей. Общим для них является следующий синдром: периодические приступы физического страдания длящиеся от двадцати минут до одного часа, спазмы в горле, припадки удушья с учащенным дыханием, постоянная потребность вздохнуть, чувство пустоты в желудке, потеря мышечной силы и интенсивное субъектное страдание, описываемое как напряжение, или душевная боль.

Горюющие вскоре замечают, что очередной приступ наступает раньше обычного, если их кто-нибудь навещает, если им напоминают об умершем или выражают сочувствие. У них наблюдается стремление любой ценой избавиться от синдрома, поэтому они отказываются от контактов, которые могут ускорить очередной приступ, и стараются избегать любых напоминаний об умершем. Учтите это все те, кто идет навещать горюющего человека.

Вспомните принцип сперматозоида, когда идете проведывать человека, находящегося в горе и не напоминайте о потере, или старайтесь поговорить о чем-нибудь другом. Кстати, не все, кто теряет близких, находится в горе. Многие делают вид, что они в горе. Там эти правила не действует. Можете говорить об усопшем сколько угодно.

Далее я привожу признаки, по которым можно судить, что человек находится в горе.

Наиболее выраженные черты горя:

1. Постоянные вздохи. Это нарушение дыхания особенно заметно, когда больной говорит о своем горе.

2. Общие для всех жалобы на потерю силы и истощение: «почти невозможно подняться по лестнице», «все, что я поднимаю, кажется таким тяжелым», «от малейших усилий я чувствую полное изнеможение».

3. Отсутствие аппетита. Наблюдаются некоторые изменения сознания. Общим является чувство нереальности, ощущение увеличения эмоциональной дистанции, отделяющей пациента от других людей (иногда они выглядят призрачно или кажутся маленькими) и сильная поглощенность образом умершего.

Одному пациенту казалось, что он видит свою погибшую дочь, которая зовет его из телефонной будки. Он так был захвачен этой сценой, что перестал замечать окружающее, особенно же на него подействовала та ясность и отчетливость, с которой он услышал свое имя.