Другой документ («Articuli Henriciani») поначалу вызвал у Генриха даже не удивление, а прямо-таки животный страх. В нем были закреплены основы государственности Речи Посполитой, но главное – утверждался принцип выборности короля, чем сводились к минимуму права монарха, что вынуждало того мириться с неограниченной властью дворянства. Однако самым неприятным в документе являлась едва прикрытая угроза мятежа в случае нарушения хотя бы одного положения.

Самый эксцентричный король Польши Генрих Валуа

Несмотря на ультимативные требования, в результате трудных переговоров Генрих дал присягу, выразив готовность править незнакомым государством, и получил грамоту об избрании себя королем. К удивлению новых подданных, он не спешил ехать в Польшу и выполнять данные под нажимом обещания. Изнеженному французу, любившему наряды и прически (он сам укладывал волосы и себе, и своим домашним), было нелегко решиться сменить цивилизованный Лувр на «дикарский» Вавель, тем более что положение во Франции казалось прочным, а власть в Польше – туманной, грозившей многими неизвестными неприятностями.

Потянув время, Генрих все же отправился в Краков, захватив королеву-мать Екатерину Медичи и окружив себя свитой из 1200 человек, многие из которых прослыли отважными воинами и хитрыми дипломатами. Короткое 146-дневное правление короля-француза началось с момента пересечения границы, когда его покинула мать, чьи советы он очень ценил. После невеселых пиров и варварски пышных церемоний пришла пора столкнуться с действительностью: выявились проблемы, связанные и с бытом, и с особым положением польской аристократии.

Никакие дипломатические хитрости не помогали утихомирить разногласия в сейме, а когда Генриху стали навязывать в жены старую деву Анну Ягеллону – 48-летнюю сестру покойного Сигизмунда II Августа, не отличавшуюся ни красотой, ни обаянием, – положение показалось совсем безнадежным. Привыкнуть к власти, которая только называлась королевской, он не смог и стал искать удобный момент, чтобы покинуть ненавистную Польшу. Случай представился вскоре после смерти Карла X, когда король польский стал еще и королем французским.

Анна Ягеллона – несостоявшаяся супруга короля Генриха

Екатерина Медичи в письме просила Генриха вернуться, чтобы занять французский престол, и тот, не раздумывая, ответил: «Франция и Вы, матушка, важнее Польши». Был составлен план побега, но король, чтобы ввести подданных в заблуждение, к их великому изумлению начал одеваться по-польски, стал дружелюбно общаться с аристократами, уже не прикрываясь, как раньше, правилами изощренного французского этикета. До того всегда мрачный, теперь он заметно оживился, всячески выказывал двору свое расположение, любезничал с дамами, не обходя вниманием и свою невесту, которая с нетерпением ждала свадьбы.

Через 4 дня после получения письма от королевы-матери, захватив драгоценности польских королей, Генрих в сопровождении десятка своих приближенных бежал из Кракова. Глубокой ночью маленький отряд мчался по бездорожью, стремясь оторваться от погони. Преследовавший их со стражниками камергер граф Тенчинский всего несколько часов назад проводил короля в спальню и даже выставил у двери охрану. Поляки смогли настичь беглецов только на австрийской границе. Тогда, вновь применив придворные уловки, король стал уверять Тенчинского, что сможет носить обе короны, и в качестве наиболее весомого аргумента подарил ему бриллиант. Растроганный граф вернулся в Краков, а Генрих последовал дальше, во Францию, таким образом завершив свое нелепое польское приключение.

Венценосная обитель

Олицетворением Кракова, а следовательно, и всей Польши, всегда был Вавель. Сюда со всей Европы съезжались знаменитые личности – мыслители, историки, поэты, люди искусства. Бывал здесь и великий гуманист эпохи Возрождения Эразм Роттердамский, назвавший Вавель средоточием гуманитарных наук. Жившие когда-то на Вавеле бенедиктинцы и доминиканцы активно внедряли в местную жизнь науку и, как ни странно, стремление к роскоши. Об этом свидетельствуют не только орденские хроники, но и найденные при раскопках красивые костяные и золотые изделия, ценные образцы ткачества, несомненно, созданные монахами. Известно также, что здесь очень рано были открыты духовная семинария и первая библиотека, богатая рукописями античных историков, юристов и литераторов. Теперь на Вавельском холме – музейный комплекс, где посетители могут увидеть настоящий королевский замок, посетить кафедральный собор и составить мнение о средневековой фортификации, осмотрев систему замковых укреплений.

Красивейший замок – бывшая резиденция Пястов, Ягеллонов и Вазов – на протяжении веков много раз испытывал переделки, неизменно оставаясь образцом старинного зодчества. В первую очередь он поражает разнообразием архитектурных стилей, от мрачной романики до радостного ренессанса.