Читаем Старьевщица полностью

В отличие от подавляющего большинства превращенных в офисы особняков, в этом явно не делали модного евроремонта и не набивали его современной мебелью. Здесь бережно сохранялся дух старины, причем именно дух, а не его имитация с помощью всяческих подделок. Андрею, который после строительства собственного дома стал считать себя если и не специалистом, то, по крайней мере, не полным «чайником» в вопросах ремонта, показалось даже, вся отделка помещений, от лепнины до паркета и обоев, полностью аутентична. В холле перед неширокой лестницей из белоснежного мрамора им встретилась невзрачная коротко стриженная мужеподобная особа в строгом деловом костюме. То, что это женщина, можно было понять лишь по юбке, никаких других признаков пола в ее фигуре не наблюдалось. Она равнодушно, без всяких эмоций, поздоровалась с ними голосом, напоминающим голос автоответчика, и тотчас скрылась за какой-то дверью. Старьевщица не обратила на нее внимания.

— Пойдем в мой кабинет, это туда, — пригласила она, указывая на лестницу.

Поднявшись следом за ней на второй этаж, Андрей принялся с изумлением озираться. Уж что-что, а на кабинет руководителя эта комната была похоже меньше всего. Скорее она напоминала нечто среднее между складом реквизита где-нибудь на киностудии и лавкой ростовщика, какими их любят изображать на иллюстрациях к книгам или показывать в фильмах. Помещение, занимавшее весь второй этаж, было сплошь заставлено, чтобы не сказать завалено, старыми вещами. Открытые, застекленные и закрытые шкафы вдоль стен, иногда в несколько рядов, как стеллажи в библиотеке, полки до самого потолка, этажерки, горки, столы, столики, какие-то ящики и коробки... И все это было в полном смысле слова набито битком. Чего здесь только не было! Разнообразная мебель, многочисленные вазы, детские игрушки, посуда, статуэтки, картины, одежда, украшения, связки писем, открытки, часы, зеркала, книги, тетради, фотографии, засохшие цветы... Даже конфеты и коробки из-под них, даже какие-то флаконы, пустые бутылки и банки... Многие предметы являли собой неизвестно что и неизвестно для чего были предназначены. Во всяком случае, Андрей не мог понять этого. И все — от старинных, сделанных много веков назад вещей, вроде вон того массивного расписного сундука в углу, до совсем современных, таких, как стоящий на крышке этого сундука плоский жидкокристаллический монитор, — беспорядочно хранилось здесь. Особенно поразила Андрея резко бросавшаяся в глаза разница в стоимости предметов. Новенькие мужские часы от «Vacheron Constantin» соседствовали с грязным спичечным коробком, старинное кольцо прекрасной работы с огромным, чистейшей воды изумрудом в обрамлении россыпи бриллиантов лежало на выцветшей почтовой карточке. А за раму картины кисти Огюста Ренуара (подлинника!) был небрежно заткнут криво вырванный из блокнота клочок бумажки в клеточку с парой наспех нацарапанных карандашом неровных строк.

— Ну, и как тебе мой офис? Впечатляет? — поинтересовалась, оглядывая свое хозяйство, Старьевщица.

— Оригинальный. И даже очень,—дипломатично ответил гость. — Ни разу не видел ничего подобного...

— Типичная лавка старьевщика, правда? Точнее, Старьевщицы... — Они осторожно шли по узенькому проходу, пролегавшему сквозь рукотворное нагромождение, как по тропинке сквозь густую лесную чащу. — И тем не менее у меня вполне процветающая компания. Даже, я бы сказала, более чем процветающая. Кто знает, может быть, когда-нибудь я продам тебе свои акции, и ты сам в этом убедишься... Да, кстати об акциях! Именно об акциях я и хотела с тобой поговорить. У меня на твой счет появилась идея. Я решила, что, пожалуй, не буду больше расплачиваться с тобой наличными, это как-то слишком уж скучно... Да ты садись, садись! — Тонким пальцем с блестящим ногтем она указала на обитый кожей диван начала прошлого века, а сама опустилась в стоящее напротив плетеное кресло-качалку, покрытое клетчатым пледом. — Слушай, что я придумала. Я решила помочь тебе с новым бизнесом...

— Интересно узнать, в какой области?

— Да в любой! — собеседница почему-то весело рассмеялась. — Хочешь — металлургическое производство, хочешь — шоу-бизнес, хочешь — банковское дело, хочешь — торговля фармацевтическими препаратами. А хочешь — все это сразу и плюс еще множество разных направлений. Сейчас бушует кризис, множество компаний и организаций разоряются, лопаются, как мыльные пузыри, акции и доли в бизнесе продаются буквально за бесценок.

Их можно очень выгодно приобретать... Если знать, когда, где и у кого.

— Дело за малым — раздобыть такие сведения, — иронически хмыкнул Андрей. — Что-то я с трудом себе представляю, как захожу с улицы в какую-нибудь нефтяную компанию и вежливо так интересуюсь: «Вы мне, случайно, половину своих акций по сорок копеек штука не продадите?..»

— Смешно, — согласно кивнула Старьевщица без тени улыбки.

— Хотя, если серьезно, в твоей идее что-то есть, — задумчиво продолжил Андрей. — На самом деле раздобыть информацию несложно, проблема в другом...