— Этот вариант мы не рассматриваем, ваша честь, — ответил Фернандес. При таком напоре Саммерса важно было не уступить: стоило ему заметить твою слабину — ты пропал. — К тому же у нас есть признание мистера Брэйса.

— Это я читал, мистер Фернандес. — Саммерс любил показать, что готовился к совещанию и свою «домашнюю работу» выполнил. — Вы имеете в виду фразу, которую услышал старый индиец с газетами?

— Да.

Саммерс кивнул и впервые за все то время, что они пробыли у него в кабинете, не нашел что сказать. Наконец отвел глаза в сторону и взглянул на часы на стене. Было 13:50.

«Еще десять минут», — подумал Фернандес.

Глубоко вздохнув, Саммерс вновь обратил свой взор на Пэриш. Он походил на агента по недвижимости, стремящегося не упустить крупную сделку. Атакуя поочередно то продавца, то покупателя, он пытался добиться обоюдных уступок, чтобы приблизиться к желанной цели.

— Мисс Пэриш. — Саммерс вновь водрузил на нос очки. — Уверен, ваш клиент сразу бы признался в убийстве «по неосторожности». — Он не столько спрашивал, сколько наставлял ее. — Никакого уголовного прошлого, состояние аффекта, только одно ножевое ранение… Тянет, на мой взгляд, лет на пять, максимум — на семь. Он станет кандидатом номер один на смягчение приговора после отсидки трети срока. Проведет еще пару лет на ферме с полями для гольфа. Брэйс же любит в гольф поиграть, а? — Саммерс намекал на сделку, пытаясь сдвинуть «флажки для гольфа» поближе друг к другу. — Разве ваш клиент не намекал, что его могли спровоцировать? Ну, знаете, появился более молодой мужчина или что-то в этом роде?

— Боюсь, ничего такого, ваша честь, — ответила Пэриш.

Саммерс покачал головой:

— Вот беда-то.

— Однако если представитель обвинения предложит «непредумышленное», — добавила Пэриш, — я готова обсудить это с клиентом. Но я подчеркиваю, в случае если…

Это был ловкий ход со стороны Пэриш: вновь снимая с себя ответственность, она перекладывала ее на них.

Словно переводя прицел, Саммерс посмотрел на Фернандеса.

— Мы можем рассчитывать на какое-нибудь предложение? Обвинение, разумеется, может потребовать и более длительный срок — десять, а то и двенадцать лет. Уверен, мне будет предоставлено соответствующее заявление от близких жертвы. Она же была единственным ребенком, не так ли?

— Именно так, ваша честь, — ответил Фернандес. — Но мы ни за что не согласимся с убийством по неосторожности. Я скорее вообще откажусь от обвинения, чем пойду на это. — Фернандес предусмотрительно не обмолвился об обвинении в убийстве второй степени. Но он знал, что все поняли его намек.

— Гм… — Саммерс направил свой палец на Фернандеса. — Юрист, специалист по уголовным делам, никогда не должен произносить «ни за что». Любой судебный процесс похож на лодку в открытом море. Никогда не знаешь, какие течения ее могут подхватить.

— Согласен, ваша честь. — Фернандес улыбнулся. Необходимо было дать Саммерсу понять, что последнее слово осталось за ним. — Мы продолжаем настаивать на обвинении в убийстве первой степени.

Саммерсу словно понадобилось некоторое время, чтобы это переварить. Затем он не выдержал и взорвался:

— Черт вас побери, послушайте, вы оба! — Он грохнул кулаком по столу. — У нас тут не покер. Убита женщина, и ее муж — в тюрьме. Речь идет о реальных людях, а не о политической возне. Мистер Фернандес, не имея мотива преступления, у вас нет шансов добиться для обвиняемого убийства первой степени. Позвольте напомнить: под убийством первой степени понимается умышленное и спланированное убийство при отягчающих обстоятельствах. И вы, мисс Пэриш, подумайте: несчастная жертва обнаружена обнаженной в ванне. На кухне найден окровавленный нож. Это не убийство по неосторожности. Позвольте и вам напомнить: причинение смерти по неосторожности — это непредумышленное убийство. — Судья откинулся на спинку кресла. — Это убийство второй степени: минимум десять лет без права досрочного освобождения. Гораздо лучше, чем двадцать пять лет без права на досрочное за первую степень. Вы попросите двенадцать-тринадцать лет, мистер Фернандес, а вы, мисс Пэриш, минимальные десять.

Схватив свою папку, Саммерс с угрюмым видом встал.

— Я хочу вновь видеть вас обоих здесь через неделю. И я желаю покончить с этим делом. Не собираюсь по месяцу занимать зал суда из-за бессмысленного предварительного слушания. До встречи ровно через семь дней.

Фернандес встал.

— Благодарю вас, ваша честь, — сказал он.

Часы показывали 13:59.

— Спасибо, сэр, — поблагодарила Пэриш.

Оказавшись в коридоре, Фернандес вздохнул.

— Примерно как я и предполагал, — усмехнулся он.

— Мне доводилось видеть кое-что похуже, — рассмеялась Нэнси Пэриш.

Они прекрасно знали, что, вернувшись сюда через неделю, не предложат ничего нового и что Саммерс устроит очередное представление, которое тоже ни к чему не приведет. Абсолютно ясно — все идет к судебному разбирательству.

Глава 37