Читаем Стальные останки полностью

– Оно его сцапало! – заорал он. – Оно убило Гирша!

У Рингила по спине пробежал холодок.

– О чем ты?

– Это гребаный… призрак, болотный демон, это… – В глазах болотника отразился ужас от увиденного. Он попытался протиснуться мимо Рингила. – Оно вышло прямо из стены, мать его! Гирш выстрелил в него из арбалета, и болт прошел насквозь… да пропусти же меня наконец…

Рингил грубо толкнул Эрила ладонью в грудь и прижал к стене. Полоснул наискосок взглядом и вынудил болотника замереть на месте. Прошипел:

– Стоять! Бегство не поможет. Возьми себя в руки и расскажи, что случилось.

Впрочем, он уже знал, что. Других вариантов не было.

«Двенда».

Рингилу показалось, что из подвала донесся призрачный отголосок смеха. Трясущийся Эрил сглотнул, пытаясь совладать с эмоциями.

– Слышь, нам пора делать ноги, – произнес он дрожащим голосом. – С этой хренью драться нельзя, это колдовство. Стрела прошла насквозь, не остановила его, даже не коснулась! Оно светится синим.

– С чего ты взял, что это существо позволит нам сбежать?

И опять смех взлетел по ступенькам, на этот раз ему не показалось. Эрил содрогнулся.

– Это оно, – прошипел он. – Оно издает такие звуки.

Рингил заглянул в тесный лестничный проем. Места хватит, в лучшем случае, для драки на ножах, Другом Воронов размахивать негде. Он кивком указал себе за спину.

– Наружу. Если оно ходит сквозь стены, нам нужно пространство для маневра.

– Пространство? – Эрил сдавленно хихикнул. – Я же тебе сказал, болт прошел сквозь эту хрень. Как ты собираешься драться мечом?!

Не слушая его, Рингил поднялся на несколько ступенек и снова вышел во внутренний двор. Эрил последовал за ним, но было видно, что наемник почти сломлен, и рассчитывать на его помощь не стоит. Рингил уже видел такие лица у бесчисленного множества бойцов из Лиги и Империи – на побережье Раджала и в Демлашаране, когда пришли драконы. Глаза говорили обо всем. Люди – они как клинки, рано или поздно ломаются, и он сам не исключение. Но стоит взглянуть на тех, кем ты командуешь, и по глазам понятно, какой сталью придется орудовать, как ее выковали и закалили, сколько ударов она выдержит, если выдержит вообще.

Он вздохнул.

– Ладно, вали отсюда.

– Что? – Эрил крепче сжал рукоять ножа. Облизал губы. – Послушай…

– Я сказал – уходи. Ты прав. Ты не сможешь с ним драться. – Рингил почувствовал внезапное всепоглощающее желание положить руку Эрилу на плечо, туда, где оно переходило в мягкий подъем шеи. Вместо этого он напряженно улыбнулся. – Но я смогу.

Теперь было видно, как по лестничному пролету поднимается синеватое свечение и пятнами ложится на внутреннюю стену. Рингил принял оборонительную стойку, держа Друга Воронов обеими руками. Эрил все еще топтался рядом, замерев на грани ужаса, который с трудом мог контролировать.

– Ладно, я останусь с…

– Нет. – Прозвучало резче, время для красивых жестов миновало, и собственный страх Рингила начал разъедать его решимость. – Убирайся, пока можешь. Вернись к Милакару живым и расскажи, что тут случилось. Позаботься, чтобы Братство выплатило семье Гирша кровавый долг.

– Ты…

– Просто уматывай на хрен, будь другом. – Рингил метнул в него сердитый взгляд и опять сосредоточился на дверном проеме и силе, которая должна была пройти сквозь него. Воздух наполнился тихим мелодичным гулом, от которого он стиснул зубы. – Ты уже проиграл в этой битве. Разве не видишь? Если останешься, сумеешь только сдохнуть.

Существо, которое убило Гирша, выплыло во внутренний двор.

Рингил испытал знакомое по полусотне битв ощущение: миг своеобразного спокойствия, когда все прочие варианты развития событий утратили важность. Но не считая этого, давно знакомого перехода, он почувствовал, как волна ледяного ужаса пробежала по хребту до затылка. Существо под названием «двенда» совсем не походило на образ, который сложился в его воображении.

«Хойранов кривой хрен, Шалак, ты бы это видел. Ты и твои друзья, любители всего олдрейнского. Они бы наложили полные штаны».

Как огонь по бумаге, оно шло к Рингилу, словно танцующий синий ливень шириной в дюжину футов, и сияние разливалось по полу, чтобы взметнуться опять. В нем появлялись зигзаги более яркого света, похожие на трещины, разъедающие прозаичные каменные плиты двора и прохладный воздух, как солнце разъедает тени. Тварь рассмеялась, приближаясь; что-то пропела себе под нос без слов, как мастер, занятый любимым ремеслом; говорливый ручей или костер, для которого не пожалели дров; как все они сразу – сравнения пришли на ум в один миг, – но в потоке звуков, хлынувших точно рой кусачей мошкары ему в уши, звучало недоброе, гулкое эхо, от которого необъяснимым образом заныло в груди.

– Беги! – крикнул он Эрилу. Все, больше ни единого вздоха за пределами битвы.