Читаем Стальные останки полностью

Они держали военный совет в гарнизонном доме, подальше от любопытных глаз. Нет смысла тревожить местных жителей, сказал Файлех Ракан. «Верно, – согласился Рингил, – они просто схватят своих детишек и удерут. Мы не можем этого позволить, да? Только не в пограничной провинции». Капитан Престола Вековечного вперил в него недобрый взгляд, но к этому моменту Рингил вернул Друга Воронов и драконий кинжал, от души позавтракал, и на его губах играла слабая, дразнящая улыбка, смысл которой Ракан прекрасно понимал.

Арчет опять потушила пламя, разделив их. Они поместили Шерин и Элит в незапертую тюремную камеру – одну из тех, которые поселковому старосте пришлось снабдить одеялами, когда Арчет и ее люди накануне были вынуждены остаться здесь на ночь. Они дали старосте и его людям какие-то простые задания, сказали, что переживать не о чем, и заперлись в комнате на башне. Приступили к делу, ознакомились с непохожими тропами, коими все присутствующие попали в Эннишмин, что само по себе заняло много времени – без неловких моментов не обошлось.

– Невозможно! Это ересь. – Халган, один из двух лейтенантов Престола Вековечного, которых Файлех Ракан пригласил на собрание, неблагосклонно отнесся к истории Эгара о встрече с Такавачем. – Есть всего один Бог, и Он явил нам Себя в единственном истинном Откровении.

Рингил закатил глаза. Но Дараш, второй лейтенант, кивал. Даже обычно бесстрастное лицо Ракана, обращенное к маджаку, выглядело хмурым. Арчет отвлеклась; позволила друзьям разобраться с этим самостоятельно. Она смотрела в окно и пыталась понять, отчего упоминание кожаной шляпы и плаща Такавача бередит память. Тем временем Эгар ухмыльнулся и налил себе еще кофе. Он привык к таким вещам – неизменно получал почти ребяческое удовольствие от скандалов с имперцами, когда жил в Ихельтете.

Он взмахнул мозолистой ладонью, указывая на Халгана.

– Послушай, дружище, я видел, как этот Такавач голыми руками остановил арбалетный болт в полете. Вот так, да. Он призвал армию демонов из степной травы, как родитель призывает заигравшихся детишек, и перенес меня почти на семьсот миль юго-западнее, в Эннишмин, за время, которое тебе понадобилось бы, чтобы щелкнуть гребаными пальцами. Знаешь, что я тебе скажу – если это не бог, то отменная фальшивка.

– Да, фальшивка, – упирался Дараш. – Злой дух. Трюк, чтобы украсть твою преданность.

– Трюк, говоришь… – Эгар хлебнул кофе, поставил чашку на стол и ухмыльнулся. – Парни, вы так ничего и не уразумели, да? Такавач спас мою задницу в степи. Он зарезал моих врагов, а потом сотворил для меня врата из воздуха и тьмы, подвесил их к ветви дерева на могиле моего отца, и я смог убежать. Знаете, он вполне заслужил мою преданность.

– Но ведь это демон, Драконья Погибель! – почти взмолился потрясенный Халган. – Ты не можешь этого не понимать. Демон, который пытается украсть твою душу.

Маджак фыркнул.

– Моя душа все равно пойдет по Небесной Дороге, что бы ни случилось со мной здесь, на земле. Такое нельзя просто взять и украсть, как шелковые труселя какой-нибудь дамочки. Я, мать твою, дракона убил. Предки, наверное, с того самого дня полируют мое место в Небесном Доме и лыбятся как идиоты. Отец, наверное, замаял Небожителей историями о том, какой я крутой.

– Это суеверия, – пренебрежительно сказал Ракан. – Это… неправда.

– Ты назвал меня лжецом?

Рингил потер ладонями лицо.

– Ракан, а ты не думал, что ваше Откровение – суеверие? Может, маджаки держат самострел за правильный конец. Давно ли Единственный Истинный Бог являлся, чтобы спасти ваши шкуры? Он вообще кому-нибудь показывался на глаза?

– Ты же знаешь, что Бог не проявляет себя! – вскричал Халган. – Это тоже ересь. Откровение нематериально. И тебе это известно. Почему ты упорствуешь, извращая истину?

– Мне нравятся извращения. Попробовал бы – вдруг тебе тоже понравится.

– Оставь моих людей в покое, – ледяным голосом произнес Ракан, а потом прибавил: – Выродок.

Рингил губами послал ему воздушный поцелуй. Ракан выпалил ругательство и начал вставать, но тут Арчет очнулась от раздумий. Она схватила капитана за руку и вынудила снова сесть.

– Хватит. Со своими религиозными разногласиями разберетесь как-нибудь потом, когда не будет дел поважнее. Сейчас я хочу узнать вот что: Рингил, с чего ты взял, что они придут за тобой?

Рингил и Эгар переглянулись.

– Ты ей расскажешь? – спросил он у маджака.

Эгар пожал плечами.

– Мы их видели на берегу. Дважды за ночь. Синее пламя и темный силуэт в центре, следящий за тем, как мы проплываем мимо.

– Может, это что-то другое? – спросил Халган. В двенд он хотел поверить не больше, чем в Такавача. – Отраженный свет в тумане вокруг старьевщика, который отливал в реку? Или какой-то эффект болотных газов. Местные говорят…

– Местные несут полную ерунду, у них работа такая, – ровным голосом произнес Эгар. – Я кручусь на болотах почти месяц и ни разу не видел того, что увидел прошлой ночью. И, Арчет, это в любом случае совпадает с тем, что ты рассказала нам про Хангсет. Синий мерцающий свет, темные фигуры.