«Я, как и многие юноши нашей страны, с 9 лет лелею мечту— стать летчиком (хорошо, если бы истребителем). Дерзко? Да, т. Чкалов, стать летчиком — это для меня все. На вас, Валерий Павлович, вся надежда. Очень прошу Вас: устройте меня в летную школу, возьмите надо мной шефство. Я оправдаю Ваше доверие и буду летчиком „чкаловского закала“. Я в начале письма Вам не представился. Давайте познакомимся: фамилия — Крылов, звать — Генька, окончил 8 классов, получил похвальную грамоту, комсомолец. Вот и весь „послужной список“, хотя сюда можно было бы вписать много „аварий“. По здоровью я в летчики подхожу. Только нос у меня не в порядке — полипы. Но ничего. Прошу не отказать в моей просьбе. С комсомольским приветом…» И фотокарточка приложена. Все в порядке!

Замечательные письма пишут дети нашей страны, молодая поросль нашей Родины.

«Дорогой т. Чкалов! Мне 8 лет. А я знаю, что Вы летали далеко через самый холод и были у белых, и я боялся как бы они Вас не обидели, — они злые. Я тоже буду летчиком, но я придумаю такой самолет, чтобы и летать, и ездить, и плавать, и чтобы под водой. Мы, все ребята железнодорожного детсада, ст. Клин, любим Вас и хотим быть, как Вы, героем. Целую Вас, т. Чкалов. Остаюсь Леля Базаров».

«Я не поэт, — пишет В. Дод из Чимкента, — но мое стихотворение есть результат глубоких переживаний человека, который в силу физического недостатка (у меня прострелена рука) никогда не сможет стать летчиком. Чтобы не показаться навязчивым, я Вам ничего не пищу о себе. Всех нас все равно Вам знать невозможно, — нас миллионы».

У меня не было возможности отвечать на все эти волнующие письма. Их много, очень много!..

Научные результаты полета

Многие в письмах спрашивают: какой наиболее важный научный результат достигнут полетом через Северный полюс? Охотно отвечаю: наиболее существенным достижением полета явились метеорологические открытия.

Мы установили, что высота арктических облаков в среднем 6–7 километров, вместо 3 километров, как это предполагалось раньше. Поэтому полет через полюс требует соответствующей подготовки, чтобы иметь возможность лететь на большой высоте, преодолевая облака, не теряя видимости и избегая весьма опасного явления — обледенения крыльев самолета. Во время полета на протяжении более 15 часов на крыльях самолета имелся слой льда, что неизбежно перегружало самолет. Такой высокий полет требует кислорода, чтобы компенсировать его недостаток в разреженных слоях воздуха на большой высоте. Наш экипаж пользовался кислородными приборами в течение 10 часов полета, в результате чего запасы кислорода скоро иссякли.

В районе магнитного полюса нами были успешно преодолены все затруднения, вызванные поведением компаса. Заранее разработанные расчеты о магнитном склонении в районе полюса оказались верны. На известной части пути нашего перелета обычный магнитный компас был почти совершенно бесполезен. Жирокомпас действовал вполне удовлетворительно. Во время ясной погоды секстант точно показывал местонахождение самолета.

В течение 62 часов полета только 5 часов пришлось лететь ночью. Это было над Канадой.

Когда мы летели в районе полюса, стояла ясная погода, позволившая нам наблюдать беспредельные ледяные пространства. Мы видели большие пространства с гладкой поверхностью льда, где имелась возможность приземлиться, если бы это потребовалось.

На протяжении многих километров полета погода была исключительно неблагоприятная. Самолет должен был преодолевать свирепые циклоны в течение многих часов; это отняло много ценного горючего.

Полет Москва — Ванкувер не совершался по строго прямой: линии. Штормы, облака, горы и другие препятствия часто заставляли нас идти окольным путем, отклоняться от прямого курса, но, несмотря на все это, все затруднения были преодолены. Часто было трудно дышать, отсутствовала видимость, временами прерывалась радиосвязь, но мотор работал прекрасно, и наша решимость преодолеть все трудности не колебалась.

Доказано, что самый короткий воздушный путь между СССР и Соединенными Штатами лежит через Северный полюс; вполне возможно, что эта «линия» со временем будет использована для пассажирского и почтового сообщения.

Я убежден в практической целесообразности воздушного пути между СССР и США через Северный полюс, но лишь при условии, что полет будет происходить на большой высоте.

* * *

Мы сделали все, что смогли. Задание Сталина мы выполнили. Верим, что нам будет позволено совершить и третий Сталинский маршрут. Наша жизнь принадлежала и принадлежит ленинско-сталинской партии, и мы готовы — я говорю это от имени всего экипажа — пожертвовать всем для защиты ее идей.