Читаем Сталинград полностью

Завязались бои непосредственно за Ростов. Они носили крайне тяжелый и напряженный характер. Противник занимал господствующий правый берег Дона; наши же части наступали по открытой низменной местности, простреливавшейся во всех направлениях. Наступление на город было решено начать также ночью. 8 февраля саперы закончили укрепление переправ через Дон. В полной темноте наши войска форсировали реку и сосредоточились для атаки на льду под прикрытием береговых обрывов. В 3 часа ночи начался штурм вражеских укреплений. Подступы к Ростову опоясывались окопами и противотанковыми рвами; большинство домов в городе было превращено в доты и огневые точки с круговым обстрелом; основные городские магистрали были заминированы, заграждены проволокой, рогатками, ежами и другими противотанковыми и противопехотными препятствиями. Подступы к укреплениям прикрывались сильным огнем артиллерии, минометов и стрелкового оружия.

Как только враг установил, что Дон форсирован нами, его артиллерия, минометы и бомбардировочная авиация взломали лед на реке. Это не остановило богатырей Сталинграда. В дерзновенном порыве наши воины прорвали первую полосу обороны противника и, расширив плацдарм на правом берегу, овладели прибрежными улицами южной части города и вокзалом. Первыми ворвались в город части подполковника Ковалева, подполковника Сиванкова, подполковника Дряхлова, майора Дубровина. Впереди атакующих подразделений, следуя боевому опыту и традициям сталинградцев, шли штурмовые группы. Дом за домом, улицу за улицей отвоевывали советские воины у врага.

Генерал-фельдмаршал Манштейн, подтянув в город новые силы, сосредоточив в нем большое количество танков и пехоты, а на ближайших аэродромах – бомбардировочную авиацию, предпринял отчаянную попытку выбить наши войска из города. В результате ожесточенных контратак противнику удалось кое-где потеснить некоторые наши подразделения. В течение дня враг атаковывал нас 6–7 раз. Некоторые кварталы переходили из рук в руки по нескольку раз. Наши воины, укрепившись на узкой полосе берега, дрались как львы. Истекая кровью в контратаках, теряя технику, враг ослабевал.

В боях на улицах Ростова славой покрыли себя солдаты батальона старшего лейтенанта Мадояна, захватившие станцию Ростов-Главная и удерживавшие ее до подхода основных сил. Смелыми действиями отличились штурмовые группы офицеров Щербины и Вирченко. Станцию Ростов-Берег дерзким ударом захватила рота старшего лейтенанта Казакова. Немало славных подвигов совершили здесь советские летчики, в числе которых отважно сражались товарищи Погорелов, Перепелица. Как всегда, впереди были коммунисты.

В то время как в Ростове шли кровопролитные уличные бои, части генерала Цветаева опрокинули врага на правом берегу Северского Донца и решительным штурмом овладели городом Шахты. На следующий день стремительным ударом части генерала Чанчибадзе захватили столицу донского казачества – город Новочеркасск. Это явилось серьезной угрозой для вражеских войск, все еще отчаянно сопротивлявшихся в Ростове. Теперь над ними был занесен удар к с северо-востока. Одновременно были перерезаны железная и шоссейная дороги Ростов – Таганрог. Подтягивать резервы гитлеровскому командованию становилось все тяжелее, а натиск наших войск все возрастал.

Большую помощь армии оказали народные ополченцы, партизаны, многие ростовчане, героически дравшиеся с врагом. Высокий патриотизм проявляли женщины. Жительницы железнодорожного района Петренко, Рогожкина, Субачева и другие, выйдя из подвалов и укрытий, помогали воинам, спасали раненых.

В ночь на 14 февраля наши воины выбили гитлеровцев с последних рубежей. Остатки разбитых войск Манштейна с позором покинули город. Над Ростовом вновь взвилось родное Красное знамя, знамя победы и освобождения. Со слезами радости встречали ростовчане своих избавителей. На многолюдном митинге горожан, происходившем в Кировском сквере, выступил тепло встреченный присутствующими Никита Сергеевич Хрущев. Жители города поклялись отдать все свои силы возрождению родного Дона и города Ростова.

В самом конце войны мне довелось еще раз командовать войсками бывшего Сталинградского, бывшего Южного фронта. Он стал называться уже 4‑м Украинским. Менялись названия, но оставались неизменными доблесть, мужество и героизм воинов этого прославленного фронта. Воины, стоявшие насмерть у стен волжской твердыни, штурмовавшие Ростов, теперь преодолевали почти неприступные Карпатские горы.

Уже всюду торжествовал мир. В связи с безоговорочной капитуляцией фашистской Германии воины всех фронтов прекратили боевые действия. Герои же обороны Сталинграда, штурма Ростова, перехода через Карпаты в труднейших условиях «приводили в чувство» фашистского фанатика Шернера, отказавшегося сложить оружие; его полчища находились на территории дружественной нам Чехословакии.

Пользуясь случаем, я выражаю воинам этого прославленного фронта, с которыми мне выпала честь делить тяжелые боевые будни и радость побед, чувство теплой, душевной признательности.