Читаем Сталин полностью

Гражданская война не сразу выплеснулась со всей стихийной силой, она накатывалась волнами. Первая большая волна после февраля случилась в начале июля, когда неожиданно вспыхнуло большевистское восстание. Троцкий назвал его полувосстанием.

Казалось бы, власть у просоциалистического Временного правительства, и у большевиков нет никаких шансов.

Первый Всероссийский съезд Советов, где большевики значительно уступали меньшевикам и эсерам (102 против 533), не поддержал требование большевиков о передаче власти Советам и поставил этим последних в межеумочное положение. Но была еще «улица».

Состоявшаяся 18 июня демонстрация собрала до полумиллиона человек. «Все заводы и все полки вышли с большевистскими лозунгами. Авторитету Съезда был нанесен непоправимый удар!»⁵⁹

Демонстрация подняла авторитет Сталина, ставшего организатором «улицы».

Но еще более грозные события разыгрались 4 июля.

Восстания, как такового, в начале не было, но состоялась проведенная Военной организацией большевиков массовая антивоенная и антиправительственная демонстрация. Главные лозунги — отказ от начала нового наступления на фронте и передача власти Советам. Настроения демонстрантов прежде всего определяло нежелание петроградского гарнизона отправляться на фронт.

Это было спонтанное «полувосстание». Демонстранты захватили Петропавловскую крепость, группа солдат едва не арестовала Керенского. Рабочая секция Совета вышла из подчинения руководству Совета, выступила за передачу всей власти Советам и за организацию специальной комиссии по обеспечению мирного перехода власти.

В этой обстановке нарастающего хаоса руководство Совета обратилось за помощью к армейским комитетам Северного фронта, контролируемым меньшевиками и эсерами, чтобы те прислали войска для установления порядка. Войска расстреливали демонстрантов.

Кроме того, правительство объявило о деятельности Ленина как немецкого шпиона.

В итоге «полувосстание» закончилось тяжелым поражением большевиков. В Петрограде настроения резко переменились.

Пятого июля ЦК призвал прекратить уличные выступления, но было поздно: основные политические силы поняли, что надо защищаться от большевистской угрозы.

В этот же день была разгромлена редакция газеты «Правда», Ленин едва успел покинуть ее, несколько сотрудников редакции были арестованы.

Седьмого июля ушел в отставку министр-председатель Временного правительства Г. Е. Львов. Керенскому было поручено формирование нового кабинета.

Были приняты жестокие меры, разрешавшие заключать в тюрьму на срок до трех лет за выступления против государственной власти, на фронте командиры получили право стрелять по отступающим без приказа войскам, восстанавливалась смертная казнь. Большевистские газеты были закрыты. Был издан приказ об аресте Ленина, Зиновьева, Каменева.

Каменев был арестован, Ленин и Зиновьев скрылись.

Известие об ордере на арест Ленин получил у Сергея Аллилуева, на квартире которого обитал Сталин. Позиция Сталина с самого начала была решительной: Ленину ни в коем случае нельзя сдаваться властям.

Большинство соратников (Троцкий, Луначарский и др.) достаточно легкомысленно советовали сдаться и на открытом суде разоблачить правительство, сделав из процесса Ленина «дело Дрейфуса». Ленин колебался. 7 июля он заявил, что готов сдаться, если приказ об аресте утвердит ЦИК. С этим заявлением в Совет отправились Орджоникидзе и Ногин, чтобы получить гарантии безопасности для Ленина и подтверждение незамедлительного и честного суда. Гарантий они не получили, а услышали уклончивые рассуждения, что будет сделано все возможное для обеспечения прав Ленина. Ленин решил не сдаваться.

Июльское поражение снова вывело Сталина к самой вершине партийного руководства. Ленин и Зиновьев скрылись в Разливе, где жили в шалаше, Каменев сидел в тюрьме, Троцкий добровольно сдался властям и тоже сидел. На свободе оставался единственный член «узкого бюро» — Сталин.

Активная и решительная его позиция по защите Ленина, а затем обеспечение связи вождя с ЦК по-человечески их сблизили. Одно дело теоретические и организационные труды, и совсем другое — вопрос жизни и смерти. Даже изменение Лениным своей внешности прошло при участии Сталина, который лично сбрил ленинскую бородку. Уходя в подполье, Ленин должен был ощутить признательность этому не всеми понимаемому, грубоватому грузину, в котором не было интеллигентских манер, как у Каменева или Зиновьева.

На плечи Сталина легло все дальнейшее руководство партией.

Передав правительству «неограниченную власть», ЦИК положил, таким образом, конец и своей власти. Большевистский лозунг «Вся власть Советам!» больше ничего не значил.

Теперь у большевиков не осталось никаких легальных средств борьбы за власть.

Впрочем, «неограниченные полномочия» правительства должны были реализоваться не интеллигентской говорильней, а решительными действиями по наведению порядка. Другими словами, выбор был простой: либо Ленин, либо Корнилов.