Девятого ноября советская делегация отбыла с Белорусского вокзала Москвы, а 12-го числа прибыла на празднично украшенный цветами и флагами Ангальтский вокзал Берлина. Молотова встречали Риббентроп и фельдмаршал Кейтель. Показательно, что в тот день английская авиация разбомбила на рейде пролива Отранто три итальянских линкора и два крейсера, что для немцев было дурным знаком.

На двух встречах с Гитлером советский премьер твердо стоял на оговоренной со Сталиным позиции, что мирного разрешения ситуации не будет «без нашей гарантии Болгарии и пропуска наших войск в Болгарию как средства давления на Турцию».

В ответ канцлер стал предлагать Индию и Иран как новую сферу интересов СССР, что должно было столкнуть лбами Москву и Лондон.

Немцы хотели использовать исторический опыт канцлера О. Бисмарка, который, планируя войну с Францией и желая при этом отвести угрозу нападения Англии, посулил французскому императору Наполеону III содействие в завоевании Бельгии. Получив от французов соответствующее письмо, Бисмарк сообщил об их коварных планах в Лондон и достиг поставленной цели: англичане пальцем не шевельнули, когда пруссаки разгромили французов в 1870 году.

Молотов вспоминал: «Невысокое понимание советской политики, недалекий человек, он хотел втащить нас в авантюру, а уж когда мы завязнем там, на юге, ему легче станет, там мы от него будем зависеть, когда Англия будет воевать с нами. Надо было быть слишком наивным, чтобы не понимать этого»³⁸⁷.

В конце концов выяснилось, что по вопросам, которые были в плане безопасности для СССР критичными, взгляды сторон не совпадали.

Переговоры окончились ничем. Официально была продемонстрирована дружба, а до Сталина было доведено, что Гитлер доволен и считает достижение соглашения с Москвой вполне реальным.

Семнадцатого ноября СССР по дипломатическим каналам сообщил в Лондон, что не станет взаимодействовать с Германией на Ближнем и Среднем Востоке.

Двадцать пятого ноября после обсуждения у Сталина итогов переговоров Берлин был уведомлен, что СССР готов принять проект пакта об экономическом и политическом сотрудничестве четырех государств на условиях, которые должны быть закреплены в секретных протоколах. И повторялись уже известные предложения о Финляндии, Румынии, Болгарии, Босфоре; зона к югу от линии Баку — Батум в сторону Персидского залива должна быть признана центром «территориальных устремлений Советского Союза».

Сталин решил добиться максимально возможного, пользуясь погруженностью Германии в войну с Англией. Если бы у него получилось, СССР обеспечил бы от Баренцева до Черного моря и Кавказа гарантированную линию обороны.

Часто говорят об агрессивности Сталина. Конечно, он, как и все тогдашние участники мировых событий, заботился о национальных интересах и вовсе не собирался ими жертвовать. Но обратим внимание на одно обстоятельство в предложениях Сталина: он стремился получить контроль над проливом Босфор, а не над Дарданеллами, то есть ему было важно обеспечить Черное море для безопасности, а не выход в Средиземное для агрессии.

В итоге, отказавшись «загребать жар» для Гитлера и отстаивая свою позицию, Сталин убедил его, что без СССР Германия не может получить полный контроль над Средиземным морем и Ближним и Средним Востоком, что ключ лежит в кармане Сталина и что без разгрома СССР Германия не решит глобальной задачи мирового господства.

Восемнадцатого декабря канцлер утвердил Директиву № 21 (план «Барбаросса»): нападение на Советский Союз назначалось на 16 мая 1941 года. Молниеносным ударом СССР должен быть повержен.

Начиная с этого времени Сталин стал получать десятки сообщений о войне с Германией и различные указания на ее сроки.

Он понимал, что под ними реальная основа, но еще он знал, что Англии жизненно необходимо, чтобы Советский Союз как можно быстрее начал военные действия против Германии и поэтому Лондон будет стремиться убедить его, Сталина, что война уже прямо у ворот кунцевской дачи и что надо бросать все и идти сражаться, несмотря на неподготовленность.

Но Сталин хотел действовать как Рузвельт — готовиться и ждать. Ему не было жалко Англии, как и Англии не было жаль СССР, жестокость борьбы за мировые ресурсы была предельна обнажена.

Пока Гитлер безуспешно, как потом оказалось, вел военные действия в Северной Африке и на Балканах, его партнер по Пакту о ненападении занимался внутренними делами.

Глава пятидесятая

Сталинский метод управления: достигни поставленной цели или умри. Н. А. Вознесенский и А. С. Щербаков. Сталин и разработка военной техники. Перестройка культуры на военный лад. Убийство Троцкого

На XVIII партийной конференции, начавшейся 15 февраля 1941 года, в докладе Маленкова было сказано о трудном положении в экономике: не выполнили план минувшего года многие наркоматы (в том числе тяжелого и среднего машиностроения, черной и цветной металлургии, боеприпасов).