Читаем Сталин полностью

Десятого октября 1939 года германский посол в Финляндии Блюхер сообщил в МИД Германии: «Всё свидетельствует о том, что, если Россия не ограничит свои притязания островами в Финском заливе, Финляндия окажет вооруженное сопротивление. Для нашей военной экономики последствия этого будут крайне серьезными. Из Финляндии в Германию прекратился не только экспорт леса и продовольствия, но и незаменимый экспорт меди и молибдена. По этим причинам я предлагаю попросить русское правительство о том, чтобы его приглашения не пошли „дальше островов“»373.

Посол был прав. Вот уже три месяца, как у Сталина проводились частые встречи с военными.

Однако Финляндия тоже значилась в «секретном протоколе» как зона интересов СССР, и Германии пришлось перетерпеть.

Двадцать первого октября 1939 года финская армия закончила мобилизацию, было призвано 18 возрастов от 22 до 40 лет, а щюцкоры — до 50 лет. Общее число призванных — 260 тысяч человек. Промышленность была переведена на военное положение, в городах строились убежища, приграничное население эвакуировалось вглубь страны.

Напряженность на советско-финляндской границе стала быстро расти. Начались стычки пограничников. По советской версии, 26 ноября в районе деревни Майнила с финляндской стороны были выпущены семь снарядов на советскую территорию. Это стало поводом для объявления войны. 29 ноября был отдан приказ с утра 30 ноября «пресечь провокационные действия финских войск и обеспечить безопасность нашей границы».

Военные действия проводились частями Ленинградского военного округа как локальная операция: должно быть, в Кремле и Наркомате обороны держали в уме ударный опыт Халхин-Гола и поэтому оказались не готовы к совсем другой войне: взламыванию инженерной линии обороны в тяжелых зимних условиях. Здесь, пожалуй, можно сравнить тактику советского командования с немецким блицкригом, но не слишком подготовленным.

Советское наступление вначале не имело успеха. Часто в описаниях этой «незнаменитой» войны, как сказал поэт Александр Твардовский, встречается обвинение Генштаба РККА в том, что не делалось попыток обойти «линию Маннергейма». На самом же деле для обходного маневра в видлицком направлении было выделено семь стрелковых дивизий, три корпусных и один артиллерийский (РГК) полки, танковый и химический батальоны, истребительный и бомбардировочный полки. Задача группировки — овладеть укрепленной полосой между озерами Янис-Ярви и Ладожским, а затем повернуть в юго-западном направлении и ударить в тыл финской группировки на Карельском перешейке374.

Однако, как подчеркивает современный исследователь А. Исаев, именно обходной маневр стоил больших потерь. Слабо развитая дорожная сеть между Ладожским и Онежским озерами способствовала растягиванию войск, они попадали в окружение и подвергались уничтожению подвижными группами противника. В дальнейшем пришлось вводить 10-й танковый корпус в направлении на озеро Вуокси и городок Кивиниеми, но ему не удалось переправиться, и он был переброшен на левый фланг.

После вмешательства Сталина был создан Северо-Западный фронт, которым стал руководить командующий Киевским округом С. К. Тимошенко. Членом Военного совета был назначен А. А. Жданов. Изменился вектор нанесения главного удара: теперь это было выборгское направление.

О низком уровне подготовки к финской войне говорит следующий факт. Аппарата тыла для организации материально-технического снабжения наступающих армий, эвакуации и лечения больных и раненых не существовало. Он был создан только сейчас. Наставлений по прорыву укрепленных районов тоже не оказалось, так как они ранее были отнесены к «вредительским документам» и сожжены. Уцелевший экземпляр наставления пришлось изыскивать в спецхране Государственной библиотеки им. Ленина.

Военная операция против Финляндии вызвала на Западе негативную реакцию. 4 декабря Британия решилась направить в Хельсинки 20 истребителей «Глостер гладиатор», а Франция — 30 новейших «Моран Сольнье». Союзники считали, что максимальное затягивание конфликта соответствует их интересам, так как препятствует дальнейшему продвижению СССР и Германии в Скандинавские страны. Французы выступили за военное участие на стороне финнов, англичане медлили. Дополнительным обстоятельством, вызывающим их стратегический интерес, были шведские рудники, поставлявшие в Германию руду. Командующий французским флотом адмирал Дарлан предложил провести совместно десантную операцию: высадить в северную область Петсамо, уже занятую Красной армией, англо-французский отряд (12–17 тысяч человек) и ударить по советской дивизии. Затем должны были последовать усиление десанта несколькими дивизиями, перерезка Мурманской железной дороги и окружение советской группировки на севере Финляндии.

В январе — феврале французы стали планировать посылку военной эскадры в Черное море, бомбардировку Батуми и Баку. Французский генштаб дал заключение, что операция на Черном море «может решающим образом ослабить военную и экономическую мощь Советского Союза и даже привести к крушению всей советской системы»375.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное