Читаем Сталин и Гитлер полностью

В действительности же социалистический реализм стал директивой деятелям искусства, которым полагалось изображать или описывать сталинскую утопию, а не скрытую за ее фасадом реальность 1930-х годов. Использовать при этом следовало только те формы изображения, которые представляли собой непосредственные культурные заметки о повседневной жизни с простыми темами и простыми героями. Рамки сталинистского искусства были обозначены «прекрасной социалистической реальностью» и «великими свершениями социалистического строительства»¹⁴. Любая другая форма искусства, противостоящая непосредственной реальности, рассматривалась как «буржуазный формализм», эгоистичное искусство, игнорирующее необходимую связь культуры с народом. Сам Сталин помогал продвигать идею жизнерадостного популистского искусства. Через два дня после его посещения театра и прослушивания оперы Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда» в январе 1936 года «Правда» опубликовала невероятную по своей дикости заметку под названием «Сумбур вместо музыки»: «преднамеренная разноголосица, беспорядочный поток звуков… Музыка кричит, пищит, взрывается, задыхается и вздыхает…». Композиторы получили предупреждение, что музыка, как и все остальное искусство, должна усвоить принципы «простоты, реализма, ясности и понятности образа»¹⁵.

Упрощенчество искусства в Советском Союзе не было только следствием неспособности дать эстетическую оценку произведению или только следствием примитивного филистерства. Сталину хотелось получить оперы, которые бы заложили основы советской классической традиции, сравнимые с произведениями великих классических композиторов XIX века. Культура была упрощена и приукрашена, поскольку при коммунизме, как это представляли власти, она должна стать отражением всего общества, быть в равной мере достоянием крестьянина и рабочего, так же как и художественного критика. В 1920 году Ленин провозгласил тезис о том, что «искусство принадлежит народу»¹⁶. В условиях господства социалистического реализма идея искусства, понимаемая как нечто универсальное и доступное, была частью более широкой социальной революции, которую включили в процесс сталинистской модернизации, хотя ее корни начинались еще в 1920-х годах. Художникам регулярно напоминали о том, что приоритет в их работах должен быть отдан «мыслям о народе», наряду с обязательными «мыслями о партии»¹⁷. Главный партийный куратор культуры в 1930-х и 1940-х годах Андрей Жданов заявил в 1948 году, что музыка «непонятная народу не нужна народу»¹⁸. Сталину импонировали те номера в концертах, которые слушатели могли потом насвистывать.

Аксиомой для марксистов было и то, что искусство должно отражать социальную реальность, а не личные предпочтения художника или артиста. «Жизнь сама по себе кристаллизатор, жизнь и есть источник всего искусства», – писал биограф Николая Островского, одного из величайших литературных героев социалистического реализма, чей знаменитый роман «Как закалялась сталь» издавался сериями в течение нескольких месяцев в 1932 году, когда социалистический реализм был впервые обозначен как направление литературы¹⁹. Сталин как-то сказал художнику Исааку Бродскому, работавшему в стиле социалистического реализма, что ему больше всего нравились картины, показывающие «живых людей» так, как будто они были «живые и понятные». Боль художника, его двойственность, нерешительность и отчаяние были врагами «реальной» жизни и предательством революционного государства. В официальном руководстве для писателей, содержащем список допустимых тем для литературы в 1940-х годах, такой термин, как «борьба», просто отсутствовал²⁰. Социалистический реализм одновременно был и преднамеренно дидактическим, и поучающим, с одной стороны – воодушевленным самой жизнью, а с другой – воодушевляющим на жизнь в стране. В 1928 году Центральный комитет партии решил, что все произведения искусства должны использоваться «в борьбе за новое культурное мировоззрение, новый путь в жизни»²¹. Поговаривали, что на встрече в доме Горького Сталин довольно лихо окрестил работников искусства «инженерами человеческих душ», и когда позднее, в августе 1934 года, Жданов давал официальный старт социалистическому реализму, он заявил своим слушателям-писателям, что социалистический реализм является мощным средством «идеологической перестройки», «воспитания трудящихся масс в духе социализма». И эти директивы вошли в официальные документы, которыми руководствовался Союз писателей СССР в 1934 году²². Таким образом, социалистический реализм являлся одновременно и движущей силой, и продуктом трансформации советского общества.