Читаем Сталин и достижения СССР полностью

Следовательно, необходимо было расплачиваться за поставки более существенным образом. И этому способствовало то обстоятельство, что Запад был вынужден практически полностью отказаться от «золотой блокады» в отношении СССР. В конце концов, золото как мерило богатства и средство спасения от любых кризисов неподвластно подобным влияниям. Его тезаврационное (накопительное) и сугубо финансовое значение исторически беспрецедентно. Не зря же даже в Ветхом Завете золото упоминается целых 415 раз, а серебро всего 287 раз!

К тому же следует иметь в виду, что Сталин планировал дальнейшее расширение масштабов индустриализации и преобразований в СССР. А для этого были нужны иностранные кредиты во все больших объемах, потому как внутренние источники накопления в основном были израсходованы в первой пятилетке. А иностранные кредиты требовали залогового обеспечения. А что может быть лучше в качестве залогового обеспечения, чем золото?!

Вот так и возник вопрос о форсированной добыче золота для нужд индустриализации, для закупок оборудования и технологий. Для решения этой задачи были приняты спешные меры. Немедленно был создан Колымский трест, который в дальнейшем получил известное по истории название «Дальстрой». В трехдневный срок был утвержден устав треста. Немедленно был предоставлен уставный капитал треста в размере 20 млн рублей. Всем организациям и ведомствам СССР был отдан приказ об удовлетворении заявок «Дальстроя» «вне всякой очереди из любых контингентов и запасов, кроме мобзапаса и запаса Комитета Резервов». Потому как задачи перед трестом были поставлены нешуточные. Уже в 1931 г. трест должен был добыть 2 тонны золота, на 1932 г. план добычи составлял уже 10 тонн, на 1933 г. — 25 тонн. К слову сказать, накануне Первой мировой войны вся золотопромышленность Сибири давала всего 35 тонн золота!

В соответствии с постановлением СНК СССР «О Колыме» от 20 марта 1932 г. трест «Дальстрой» получил из госбюджета 100 млн рублей для немедленного развертывания интенсивных работ по созданию необходимой инфраструктуры. Потому как именно она, точнее ее практически полное отсутствие, и была главным камнем преткновения на пути освоения Дальневосточного края. Потому что именно из-за этого не удавалось организовать приток вольнонаемной рабочей силы. Дело в том, что к началу 1930-х гг. население всего Дальневосточного края, включая Камчатку и Северный Сахалин, составляло всего 2 млн 99,7 тыс. человек, причем на материковой части проживало 2 млн 49 тыс. человек. Из них городское население составляло 512 тыс. человек, а остальные, являвшие собой сельское население, были рассеяны на всем протяжении от Читы до Владивостока. Положение с трудовыми ресурсами было настолько тяжелым, что в самом начале второй пятилетки — 16 декабря 1933 г. — ЦК ВКП(б) и СНК СССР вынуждены были принять специальное постановление «О льготах населению Дальневосточного края». Согласно постановлению, переселенцам предоставлялись невиданные по тем временам льготы, вплоть до освобождения от обязательных поставок сельхозпродукции на 10 лет, 50 %-ное повышение заработной платы и т. д. И все равно, ни в целом трудовых ресурсов не хватало, ни тем более и особенно квалифицированной рабочей силы.

И все упиралось именно в отсутствие инфраструктуры. Дело в том, что для начала добычи золота в безлюдные верховья Колымы нужно было доставить все необходимое. И суть проблемы состояла в том, что хотя снабжение и можно было организовать по морю из Владивостока, но сперва-то стройматериалы, оборудование и людей надо было доставить только по железной дороге. А в этом вопросе существовала такая серьезная загвоздка, как очень низкая пропускная способность Транссибирской железной дороги, по которой и предстояло доставить первоначальные грузы и людей. Даже двухколейное движение по ней — там, где оно имелось, — обеспечивало не более 10–12 пар поездов в сутки, одноколейные же участки — не более 6 пар поездов. Полномасштабная же загрузка магистрали экономическими перевозками автоматически подорвала бы ее военно-стратегическое значение, поскольку это был единственный путь, связывавший европейскую часть страны с Дальним Востоком. Учитывая же, что с конца 1920-х гг. началось обострение обстановки вокруг Советского Дальнего Востока, чему в громадной степени способствовала все более агрессивная политика Японии, то, естественно, загружать магистраль такими перевозками было нецелесообразно. Необходимо было иное решение, оставляющее место для сугубо военного маневрирования силами.

Вследствие всех этих проблем на плечи «Дальстроя» лег невероятно огромный объем работ по созданию местной, прежде всего транспортной, инфраструктуры, способной решать народно-хозяйственные и военно-стратегические задачи. И вот тут-то сыграл свою колоссальную роль ГУЛАГ. Силами заключенных велось сверхинтенсивное железнодорожное строительство, главным символом которого стала знаменитая Байкало-Амурская магистраль.